Прав был Линский, тысячу раз прав! Надо срочно выяснять, где папочка Даргомилов еще накосячил и откуда могут прилететь проблемы. Ведь Алиса ни с каким Никольским знакома не была и даже фамилию эту не слышала, так что либо отец, либо брат. Что, кстати, тоже возможно. Братик – тот еще засранец, мог кому-то напакостить, а мне за него отдувайся.
– Я требую боя насмерть, – обратился ко мне вернувшийся бретер.
– Мы уже договорились, – покачала головой я и улыбнулась. – Вы хотите забрать свое слово?
Мне совсем не надо давать ему шанс задуматься над происходящим. Если я так легко соглашусь, то он что-то заподозрит, начнет действовать аккуратнее, а я сейчас не в той форме, чтобы выкладываться даже на сто процентов этого тела.
– Нет, пожалуй, нет, – усмехнулся парень. Хотя какой парень – молодой мужчина, но ведь с этими магами ни в чем нельзя быть уверенной, ему с таким же успехом может быть и тридцать пять, если он маг Света и имеет один из целительских даров. Кстати, ими тоже можно убивать, так что не надо думать, что целители такие из себя пацифисты.
– И нормально тебе, Муравьев, что за тебя девчонка дерется? Нет, мы бы ее все равно убили, но она первая вызвалась, а ты стоишь тут, как трус, – Никольский подошел к Саше и спросил у него тихо. Стояли они метрах в пяти, но я все равно услышала.
Слух вдруг резко обострился. Будто выключателем щелкнули. Я даже услышала, как за мусорными баками скребется и пищит пара крыс, причем, я точно знала, что их две. А еще сюда кто-то спешил, он был в самом начале проулка и до него было еще метров двести, его даже видно не было, но я отчетливо слышала шаги.
– Вы хотите решить дело миром? – спросил третий, который не представился, но еще видимо не забыл, что мы аристократы на дуэли, а не коты подзаборные. Мы с бретером покачали головами и отказались. Тогда тот же парень дал отмашку: – Бой до потери сознания, дистанционную магию использовать запрещается. Начали!
Ну начали, так начали. Я без промедлений бросилась к бретеру. Мне нужно было сократить дистанцию до того, как он начнет изображать из себя газонокосилку. И потом, если мы выбрали холодное оружие, это еще не значит, что его нельзя напитать силой или построить щит. Вот огненными шарами бросаться нельзя, но и толку от них на такой дистанции?
Такой прыти мужчина от меня не ожидал. И хоть я не надеялась убить его с одного удара, но все же такая мысль проскальзывала. Он окутался грязно-серым щитом, цвет которого указывал на его первостихию – Тень. Ну, профессиональные убийцы очень часто были порождениями именно этой стихии, так что ничего удивительного.
Он замахнулся кинжалом, но я увернулась, про себя ухмыльнувшись. Ну да, два равных клинка – не его оружие, это точно. Ну кто же так замахивается? Это было как в когда-то просмотренных американских боевиках, где постановщики считают, что чем дальше герой отведет руку, чем с большей амплитудой будет замах, тем лучше.
Мои движения были скупы и точны. Никаких широких замахов, никаких эффектных поз. Подскочила, а я была даже без щита, потому что не могла пока драться с профессионалом и поддерживать щит, не давая ему расползтись, резко ударила бретера клинком в живот, лишь в последний момент напитав металл огнем.
Естественно, я не думала, что так удастся его убить. И даже до мягкого пузика я добраться не надеялась. Но я получила то, что планировала – сбила концентрацию и прошила щит.
Конечно, бретер был профессионалом и накинул новый щит обратно… Накинул бы, если бы я не сбила его точечной ментальной атакой, настолько незначительной и кратковременной, что даже артефакт не смог ее отразить. Но мне этого хватило, чтобы он сбился, чтобы провозился с щитом еще на целую секунду больше.
За эту сенкунду я поднырнула ему под руку, благо, это мне было удобно в силу роста и комплекции, и всадила второй напитанный огнем кинжал ему в основание черепа, перерубая шейные позвонки. Благо, клинок был обоюдоострый и широкий, так что мне даже не понадобился второй удар.
Мне он в последней попытке защититься задел вторую руку, которую я просто не успела убрать из-под атаки, но задел по касательной и там был лишь глубокий порез. Но я не питала иллюзий, если бы убийца принимал меня всерьез, он бы такой оплошности не совершил, и я даже не уверена, что мне бы в конце концов удалось его убить. Парень был действительно силен – мне просто дико повезло.
Тело бретера завалилось на асфальт под очень громкое молчание всех присутствующих. Потом отмер Саша и сообщил, что как секундант нарушений не зафиксировал. Никольскому тоже пришлось это признать.
– Не желаете ли граф, – я обратилась к нему, – поведать мне суть своих претензий?
– И что тут, черт возьми, происходит?! – в освещенную уличным фонарем зону вбежал Максинский.
Все произошло так быстро, что тот человек, которого я услышала до дуэли, только и успел преодолеть эти двести метров от начала переулка до того места, где мы находились. Кстати, после боя я перестала слышать все подряд, слух вернулся в человеческую норму.
