Сам Фирель ещё не появился, но Тиган не сомневался, что тот скоро объявится. Едва слышно скрипнув зубами, трактирщик направился в подсобку, якобы за кружками, но на самом деле хотел отправить жену и старшую дочь наверх, в их комнату. Там уже спала младшая, и лучше было бы, чтобы никто из них не попадался на глаза братству.
Фирель давно не давал прохода его старшей дочери, и Тиган не желал лишний раз провоцировать этого человека. Жена с дочерью уже добрались до лестницы, когда дверь таверны скрипнула, и внутрь вошёл Фирель со своим подручным.
— Надина, какая радость, ты вышла поприветствовать меня! — воскликнул Фирель, заметив старшую дочь трактирщика. — Не уходи, составь мне компанию этим вечером. Я сегодня так расстроен, и только ты сможешь меня успокоить.
Скорчив жалобную мину, он сложил руки на груди, а затем мерзко заржал. Его смех тут же подхватили подручные.
— Идите наверх, — тихо, но настойчиво подгонял семью Тиган.
— Тиган, я сказал, что Надина проведёт этот вечер со мной! — прорычал Фирель, грозно потирая кулаки.
— Господин Фирель, уже поздно, и моя семья сегодня много трудилась. Позвольте им уйти отдыхать. Завтра их ждёт тяжёлый день… — начал было Тиган, стараясь говорить как можно спокойнее.
— Да мне плевать! Я так устал сегодня, что только твоя дочь сможет скрасить мне этот вечер, если ты понимаешь, о чём я, — мерзко заржал Фирель. — А ну, иди сюда! — рявкнул он, устремляя взгляд на девушку.
Надина испуганно переводила взгляд с отца на Фиреля, вцепившись в руку матери.
— Иди-иди, а то Фирель не любит ждать и прибьёт твоего отца, если не послушаешься, — хихикнул один из тех, кто вошёл первым. Они уже устроились за одним из столов и с явным удовольствием наблюдали за происходящим.
Девушка не сдвинулась с места. Фирель фыркнул, махнул рукой и, не удостоив её больше взглядом, направился к своим:
— Приведите.
Тиган бросился на защиту дочери, но подручные Фиреля без труда оттолкнули его. Оторвав Надину от матери, они поволокли её к столу. Жена Тигана попыталась заступиться за дочь, но её грубо отбросили на пол.
Трактирщик подскочил, помог жене подняться и едва слышно шепнул:
— Иди наверх. Убереги Дарину.
Если она услышит шум и спустится, они могут забрать и её.
— Видишь, Надина, как просто? — рассмеялся Фирель, прижимая к себе застывшую в ужасе девушку. — Сидишь рядом, а мне уже хорошо.
Он ухмыльнулся и, даже не глядя на Тигана, громко бросил:
— Где наш эль?
Следующий час Тиган бессильно наблюдал, как члены братства пили, а Фирель бесстыдно тискал его дочь — то прижимал к себе и жадно целовал, то бесцеремонно лапал. Трактирщик сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, но ничего не мог сделать. Оставалось только молиться, что этим всё и ограничится.
Он избегал смотреть на дочь — знал, что не выдержит её взгляда, полного страха и отчаяния, и не простит себе собственного бессилия.
Тем временем братство обсуждало последние убийства. С каждым словом, с каждым новым кубком они всё больше заводились, злились, возмущались неуловимостью убийцы и повышали голос. Тиган прислушался. Из обрывков их разговора он понял, что даже братство не знало, кто стоит за этими убийствами. А это значило, что в городе появился кто-то по-настоящему опасный. Скорее всего, очень сильный и безжалостный мужчина, решил он.
Тиган бросил взгляд на дочь и тяжело вздохнул. Он был бессилен. Бледная, как мел, она сидела рядом с Фирелем, покорно терпя его прикосновения. Видимо, надеялась, что всё ограничится лишь этим, что стоит перетерпеть ещё немного — ведь Фирель и его люди уже изрядно напились и скоро разойдутся по домам.
Но вдруг Тиган понял, что их с дочерью надеждам не суждено сбыться. Фирель с хищной усмешкой склонился к Надине, его пьяные глаза блестели похотливым огнём. В воздухе повисла зловещая тишина, и Тиган сжал кулаки, осознавая, что самое страшное ещё впереди.
Фирель, возжелавший ласки, наклонил Надину к своему паху:
— Ну-ка, отработай мою ласку к тебе. А то я тебя весь вечер ласкаю, а от тебя никакой реакции, — заржал он.
Тиган видел, как его дочь начала сопротивляться, и, не раздумывая, бросился к ней, пытаясь вырвать её из рук Фиреля.
— Господин Фирель, не надо, пожалуйста… — старик забормотал, голос его дрожал. — Она ещё слишком юна.
Фирель резко замер, а затем расплылся в широкой ухмылке.
— О-о… — протянул он, прищурившись. — Так это совсем другое дело!
Он рассмеялся, довольный своей находкой, и, потянувшись к девушке, проворковал с наигранной нежностью:
— Иди ко мне, Надина. Сейчас я тебя всему научу.
