Схватив девушку, он бросил её на пол и навалился сверху. Тиган рванулся, пытаясь оттащить Фиреля от дочери, но не успел. Со смехом его схватили подручные главаря, грубо выкручивая руки и оттаскивая прочь. Он дёрнулся, но крепкие пальцы вонзились в его плечи, не давая ни малейшего шанса вырваться. Фирель даже не обернулся, полностью сосредоточенный на девушке, и уже успел задрать платье дочери. Надина сопротивлялась, кричала, извивалась, пытаясь вырваться из хватки Фиреля. Её вопли срывались в отчаянные всхлипы, но никто из присутствующих даже не дрогнул.
Тиган чувствовал, как сердце разрывается от боли и бессилия. Он дёргался, пытаясь высвободиться, но подручные Фиреля держали крепко, сжимая его руки, словно железными тисками. Он рвался к дочери, но не мог ничего сделать.
— Нет, господин, не делайте этого! — кричал он, но его голос утонул в пьяном хохоте.
Фирель, с силой раздвинув ноги девушке, резко вошёл в неё под её надрывные крики, а сам же издал сладостный стон:
— Невинная Надина, какая же ты маленькая ещё, малышка, — заржал он и начал медленно в ней двигаться, словно не слыша её мольбы.
— Не надо, пожалуйста! — вопил Тиган, а по лицу текли слёзы бессилия. — Не надо, умоляю!
Его крики перекрывались воплями его дочери, которая неистово кричала и рыдала, содрогаясь под толчками Фиреля. Тиган в ужасе наблюдал, как его дочь насилуют. Он кричал, звал её по имени, умоляя держаться, повторял, что он рядом, что скоро всё закончится. Но слова были пустыми — он ничего не мог сделать.
И вдруг Фирель резко замер. Его лицо исказилось, вытянулось в гримасе ужаса. Глаза расширились, а рот приоткрылся, словно он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. На миг в таверне повисла напряжённая тишина.
В таверну вошли двое, закутанные в плащи.
Тиган с удивлением уставился на незнакомцев. Один из них был явно мужчиной — высокий, широкоплечий, с тяжёлой поступью. Второй, судя по силуэту, могла быть женщиной, но трактирщик не был уверен.
Тишину разрезал тихий, скрипучий голос:
— Я же просто хотела поспать…
Слова прозвучали лениво, почти буднично, но от этого шёпота у Тигана пробежали мурашки. Голос был слишком странным, слишком неестественным, словно сама смерть заговорила с ними.
Фирель медленно поднялся, выпустив Надину. Его подручные шагнули к нему, двигаясь странно — плавно, покорно, словно куклы, которыми управлял кто-то невидимый. Тиган не понимал, что происходит, но, как только оказался на свободе, тут же бросился к дочери. Надина, рыдая, вцепилась в него, спрятала лицо в его груди, дрожа от страха.
— Что же мне с вами сделать… — раздался тот же скрипучий голос.
Женщина говорила спокойно, почти лениво, словно перед ней не были опасные головорезы, а нашкодившие дети. Она обошла их по кругу, неторопливо разглядывая каждого. Остановившись перед Фирелем, который так и стоял со спущенными штанами, она медленно протянула ему нож, держа его за рукоять.
Тиган похолодел. Он боялся, что Фирель схватит оружие и бросится на таинственную незнакомку, но тот лишь послушно взял нож в руку… и замер. Ни гнева, ни ярости — только ожидание. Словно он ждал приказа. Один из подручных Фиреля резко дёрнулся и бросился на женщину в плаще, но не успел и шага сделать — его остановило сверкающее в полумраке таверны лезвие. Тиган даже не заметил, когда мужчина в плаще обнажил меч. Всё произошло в одно мгновение.
На горле нападавшего появилась тонкая красная полоса, затем из раны хлынула кровь. Он захрипел, покачнулся и рухнул на пол с глухим стуком, мгновенно заливая деревянные доски багровым. Женщина в плаще тяжело вздохнула. Тигану показалось, что она покачала головой, но капюшон скрывал её лицо, и он не мог сказать наверняка.
Тиган крепко держал дочь в объятиях, чувствуя, как она замерла. Она не издала ни звука с того момента, как один из членов братства Кривых Ножей рухнул замертво. И только теперь до него самого дошло, чем это грозит. Братство не оставит смерть своего воина без ответа. Они отомстят. Они уничтожат всех, кто к этому причастен.
Женщина в плаще бесшумно переступила через труп, направляясь прямо к нему. Тиган похолодел. Испугавшись, что следующим будет он, он инстинктивно попытался спрятать Надину за спиной, заслонить собой. В этот момент он пожалел, что не отправил её сразу наверх к жене и младшей дочери. Теперь было слишком поздно.
— Оставь, — прохрипела женщина.
Тиган замер. Холод пробежал по его спине, когда она приблизилась настолько, что он смог разглядеть её капюшон. Точнее, то, что было под ним.
Ничего. Абсолютная, беспросветная тьма.
Ему показалось, что она затягивает взгляд, будто бездонная пропасть, и в этот момент до него дошло, кто стоит перед ним.
— Л-леди Тень… — выдохнул он, голос его дрожал.
Женщина склонила голову, будто раздумывая, а затем хмыкнула.
— Да, красивое имя. Мне нравится. — Она обернулась к своему спутнику. — Эл, как думаешь, мне оно идёт?
Тиган не мог отвести взгляда. Он не верил, что видит перед собой ту, о которой шептался весь город. Легенду, которая внушала страх даже самым безжалостным убийцам.
