– Семья Коркосон, аристократы, которые производят твое любимое вино, отказались поставлять его в Лейт. Видимо, у них произошла ссора из-за какого-то сорта винограда, используемого в Резерве Шестого Холма. В Ро Лейте виноделие – очень серьезный бизнес.
Рам Джас пожал плечами и неспешно направился в сторону гостеприимных объятий таверны.
Присутствие кирина не беспокоило местных жителей, и спутники присели в углу тихой таверны и заказали бутылку Резерва. Бармен, общительный мужчина среднего возраста, заметил, что давно уже не видел киринов и какое же это удовольствие – снова повстречать одного из них. Рам Джаса смутила его реакция: обычно в Тор Фунвейре ему приходилось скрывать лицо от окружающих, но он быстро успокоился, когда на столе появилась бутылка вина с насыщенным фруктовым вкусом.
– С тобой гораздо легче путешествовать, если ты перестаешь волноваться из-за всего на свете, – произнес кирин после того, как на столе появилась вторая бутылка красного вина. – Разве не лучше просто позволить жизни нести тебя на волнах случая и неопределенности?
– Я, безусловно, предпочту сидеть в таверне, чем прятаться по темным закоулкам, – ответил Гленвуд, наполняя вином два больших кубка.
Убийца пожал плечами.
– Боюсь, это часть работы.
– Твоей работы, – поправил Гленвуд. – Для меня такая работа похожа на своеобразное передвижное тюремное заключение с тобой в качестве стражника.
Рам Джас рассмеялся.
– Я… хм, в общем, благодарен за твою помощь, – сказал он неуклюже.
Гленвуд разразился хохотом и стукнул ладонью по столу.
– Чтоб тебя, Рам Джас! – произнес он, широко улыбаясь. – Могу поспорить, тебе тяжело дались эти слова.
Кирин съежился в кресле. По привычке он оглянулся по сторонам, чтобы посмотреть, не привлекло ли поведение Гленвуда к ним излишнее внимание.
– Мне нелегко заводить друзей, – сказал он.
– Да ладно? Ты один из самых неприятных людей, которых я встречал в своей жизни… но, по крайней мере, ты не пытаешься скрыть, что ты ублюдок. – Мошенник осмотрел таверну. Несколько насмешливых взглядов было направлено в их сторону, а остальные люди занимались своими делами. Гленвуд про себя порадовался этому. – И тебе не стоит слишком беспокоиться о простолюдинах, которые могут тебя узнать. Насколько я помню, леди Аннабель не славится исполнением королевских декретов, и вряд ли плакаты «Разыскивается…» добрались так далеко на юг.
Рам Джас снова ухмыльнулся и откинулся на спинку деревянного стула.
– Меня беспокоят именно Черные воины, – сказал он. – Саара не идиотка, она могла вычислить, что наша будущая цель здесь. Тирис, Арнон… Логично выходит, Лейт – следующая остановка.
Гленвуд мало знал о последователях Джаа, кроме их легендарной жестокости, и его беспокоило, как Рам Джас на них отреагировал.
Что особенного в Черных воинах? – спросил он.
– Зависит от того, с какой стороны посмотреть, – ответил убийца. – Отец Аль-Хасима был Черным воином – наверное, величайшим среди них – и в то же время одним из самых отвратительных людей, кого я знаю.
– Они хуже Пурпурных священников? – Гленвуд считал, что человек вряд ли может стать противней аристократа-священника.
– Есть черта, которую не пересекают даже Пурпурные. Ошибочно или нет, но они верят в благородство своего бога. А Черные воины понимают наставления Джаа буквально – это означает, они любят вызывать страх. Если они здесь, чтобы охранять Изабель Соблазнительницу, мне придется действовать изобретательно.
– Может, мой вопрос покажется глупым, – начал Гленвуд, – но они выбирали себе имена только для того, чтобы их боялись, или нам стоит ожидать от Изабель какого-то… ну не знаю… соблазнения?
– Трудно сказать, – ответил убийца. – Я точно не видел рядом с Повелительницей Пауков никаких пауков.
Он задумчиво прикусил нижнюю губу.
– Хотя, когда я в последний раз видел Госпожу Смерти, она действительно была мертва.
Они одновременно рассмеялись, и на секунду Гленвуд даже перестал так сильно ненавидеть Рам Джаса. Более того, он ненадолго позабыл, что нужно выдать кирина властям. Странно – Гленвуд не испытывал угрызений совести, мечтая сдать своего спутника стражникам или священникам, но ему казалось неправильным предать кирина в руки Черным воинам. Кем бы ни был Гленвуд – он прежде всего из народа ро, и ему подсознательно не нравилось присутствие в Ро Лейте каресианцев.
Краем глаза он уловил какое-то движение, и Рам Джас мгновенно насторожился. В дальнем конце таверны из-за барной стойки вышли двое мужчин и сели возле двери. Они были хорошо одеты и старались выглядеть непринужденно, но едва уловимо изменившееся поведение остальных посетителей таверны подсказывало, что вряд ли те двое здесь завсегдатаи. И еще они зашли в таверну не через главный вход.
– Ты их видишь? – спросил Гленвуд, понизив голос.
Рам Джас кивнул и поставил кубок с вином подальше, чтобы, не оборачиваясь, рассмотреть в отражении двоих мужчин.
– Вижу, – ответил он. – Они оба вооружены, но пытаются изобразить, будто оружия у них нет… вот что, мой дорогой Кейл, мы в нашей профессии называем
