– У нас тут живет немало каресианцев, господин. Думаю, им нравятся деревья и леса.
– Скажи мне, юноша, что за шум недавно поднялся вокруг киринского преступника? – спросил он.
Слуга с восторгом повернулся к нему. Похоже, недавняя потасовка стала одним из самых интересных событий в городе за последнее время.
– Такой кровавой резни еще никогда не было! – ответил он, округлив глаза, как взволнованный ребенок. – Кирин своим кривым мечом убил двадцать человек! Там повсюду была кровь, валялись руки-ноги отрубленные. Отец говорит, он вроде бы наемный убийца.
– А имя его ты часом не слыхал? – спросил каресианец непринужденно.
– Странное киринское имя. Рами, что ли. Или что-то похожее.
– Спасибо, парень, – сказал Далиан, кинув слуге серебряную монетку.
Тот поймал ее и бросился бежать обратно в таверну.
– Ну, мой повелитель, – произнес Далиан, обращаясь к Джаа, – похоже, нам придется спланировать побег из тюрьмы. Любой твой совет будет принят с благодарностью.
Повернувшись спиной к темнице, пьяный стоял, отчасти скрываясь в тени, и ждал, пока появится перерыв в обходе стражников, затем вышел на улицу. На его боку висел старый длинный меч. Крик ястреба, который приземлился неподалеку, предупредил пьянчугу, что на подходе Черные воины, и помог ему не выдать себя. Как только путь был свободен, ястреб снова крикнул – и мужчина быстро пересек улицу.
Далиан подозревал: колдунья в Ро Лейте захочет оставить наемного убийцу в живых на как можно более долгий срок, желая продлить его страдания на недели, если получится. Это означало, что время на его стороне. Если пьяница – тот самый преступник из Тириса, о котором ему говорили, и если он знает, где держат его друга, Далиан считал, у них двоих есть шанс спасти Рам Джаса Рами до того, как колдунья с ним наиграется.
– Мне бы не помешал твой совет, повелитель, – произнес Далиан в пространство. – Или, может, отряд опытных воинов.
Пьяница разлегся на траве и покачал головой. Далиана он не впечатлил. В Кессии звание бандита было почетным. Бандитами становились выходцы из древних родов, они подчиняли всю свою жизнь стремлению удерживать преступность в определенных разумных границах. Этот же человек не только был из народа ро, он отличался неряшливостью и пил слишком много, чтобы принести кому-то пользу.
– Мой повелитель, дай мне лучше в помощь того, кто может стоять на ногах и при этом не блевать, – произнес Далиан с усмешкой.
Черный ястреб сделал еще один круг. Мошенник махнул рукой, пытаясь его отогнать, и вытащил вторую бутылку вина.
– Да, это вполне разумно, – с сарказмом пробормотал Далиан. – Пей больше, утопи свое горе, оставь Рам Джаса умирать.
Ястреб приземлился на траву рядом с мошенником. Он несколько раз взмахнул огромными крыльями, подпрыгивая над землей. Когда человек перекатился по траве, повернувшись спиной к возбужденной птице, та перестала шуметь и снова взмыла в воздух. Охотник на Воров следил за ее полетом, пока птица описывала круги над пьяным мошенником. Через несколько секунд круг стал шире, захватывая таверну, а ястреб принялся постепенно снижаться, пока не исчез в небольшой роще.
– Мой повелитель, мне и правда нравятся птицы, – произнес Далиан. – Но у них существуют определенные трудности, когда дело касается того, чтобы держать оружие.
Он сделал хороший глоток вина и откинулся на спинку стула. Стоял славный вечер, и Охотник на Воров с удовольствием сидел снаружи таверны под темнеющим небом, наслаждаясь покоем в первый раз после невзгод, перенесенных им за последние недели. Разрушение Козза – не самое приятное зрелище, и во время путешествия на юг Охотника на Воров переполняли мрачные и тяжелые мысли. Его не волновала чужая смерть, он не дрогнул бы, и глядя на массовое уничтожение, но то, что он увидел в торговом анклаве, он забыть не мог.
Звук из ближайших кустов вывел Далиана из задумчивости. Кто-то застрял в колючих ветвях, ругаясь на острые шипы.
– Невежливо таиться в темноте, друг, – произнес Далиан.
– Да, да, вы правы, – ответил странный голос, – дайте я освобожусь и потом буду таиться уже при лунном свете.
Охотник на Воров нахмурился, услышав странно мелодичный акцент.
– Кто ты? – спросил он.
– Одну секунду… – Говоривший разразился коротким потоком брани в колючих зарослях. – Нанон… можете называть меня Нанон.
Далиан молча наблюдал, как тонкая, одетая в робу фигура выбралась из куста и небрежно прислонилась к дереву. Отчасти темнота, отчасти капюшон робы скрывали лицо, но жесты незнакомца были плавными и грациозными, и он носил оружие.
– Может, мне лучше спросить,
– Я бы показался тебе, но не думаю, будто у людей вокруг столько же жизненного опыта, как у тебя, – ответила фигура.
