— И совсем она была не скрытой, — его усмешка была одновременно и мальчишеской, и соблазнительной. — У меня не слишком хорошо получается признаваться, что я обеспокоен теми, кто ищет твоего внимания, когда есть я — твой Спутник жизни. Как древний, я обязан был бы быть выше таких тривиальных вещёй.
Франческа обнаружила, что смеется.
— То, что ты выше, согласна, но вот выше чего, я не уверена.
— Береги себя сегодня, Франческа, — предупредил Габриэль, направляясь через комнату к дверям. — Ты должна всегда помнить, что сейчас являешься целью так же, как и Скайлер.
— Я пошлю сообщение семье Эйдана с просьбой не задерживаться. Таким образом, когда Скайлер окажется дома, она может быть защищена в то время, пока мы спим, — ее темные глаза внезапно стали встревоженными. — Габриэль, не позволяй Люциану подрывать твою уверенность в самом себе. Я действительно нуждаюсь в тебе, как и наш ребенок. Наши дети.
Он замер у двери, оглянувшись на нее, его мир, единственную радость, которую он знал.
— Я очень люблю этот твой дом, — тихо ответил он.
Она смотрела, как он уходил.
— Наш, — поправила она, зная, что он все ещё слышит ее, хотя дверь за ним закрылась. Слух Габриэля был феноменальным, к тому же, он часто делил ее сознание.
Это был их дом, их жизнь. Габриэль должен отделить себя от своего близнеца, если хочет выиграть грядущую битву. Франческа аккуратно сложила одеяла в большие коробки, когда ей в голову внезапно пришло, что Люциан вполне может выманить его из города, подальше от нее. Ее рука в защитном жесте взметнулась к горлу.
—
Она посмотрела на себя в зеркало.
— Прекращай предаваться мечтаниям и принимайся за работу. Тебе ещё многое предстоит сделать, а времени на это отведено мало, — она была невероятно сурова сама с собой, но закручивающееся тепло постепенно овладело ее телом, едва теплый смех Габриэля тихим эхом отозвался в ее сознании.
Франческа завершила так много дел, как только могла. Она приняла заказы на свои изделия из цветного стекла и одеяла. Отправила те, которые уже завершила, и педантично оплатила свои счета. Были и приюты с больницами, куда надо было позвонить. Была благотворительность, которой она пренебрегала, и друзья, с которыми она желала поддерживать связь. Но поскольку они поднялись поздно и провели уйму времени за разговорами, было уже слишком поздно, и звонить большинству не позволяли правила приличия. Каждый ее разговор был кратким, но очень оптимистичным. Это было необходимо, чтобы на все времена сохранить видимость, что она является человеком. Она прочно укоренилась в обществе, и исчезнуть из него будет не так-то и просто. Ее связи могут оказаться полезными для Скайлер.
Как только с телефонными переговорами было покончено, Франческа поехала в больницу, сканируя окружающую ее местность на протяжении всего своего пути. Она волновалась о Скайлер, что что-нибудь может расстроить их осторожные планы в отношении нее. Она испытывала смутное беспокойство с того момента, как повстречала репортера. Что-то в нем сильно беспокоило ее. Он относился к тому типу мужчин, которые могли доставить ей огромные проблемы.
Она вошла в больницу, поприветствовав медсестер легким взмахом руки, и направилась по коридору к палате Скайлер. Ее сердце упало, когда она уловила присутствие репортера, скрывающегося всего в нескольких футах от комнаты. Франческа на мгновение замерла и взмахнула рукой, создавая иллюзию самой себя, в то время как сама растворилась. Она послала свой нежный музыкальный голос вперед себя, чтобы казалось, что ее тело быстро движется по коридору, обращаясь к невидимой медсестре за углом.
Репортер тотчас же повернул голову, поймав проблеск ее изящного тела и длинных волос. Он поспешил вниз по коридору в попытке перехватить ее. Франческа тихо рассмеялась, поджидая, пока он не исчезнет из виду, прежде чем войти в комнату Скайлер.
Девочка повернула голову, ее нежные бархатисто-серые глаза были огромными и красивыми. В ее глазах светилось радушие, которого ранее там не было.
— Я ждала вас, — ее голос был сильнее, и Франческа заметила, впервые за все время, каким мелодичным он был. — Я думала, вы никогда не придете.
— У меня было довольно много работы, которую необходимо было сделать, — сказала Франческа, садясь и дотрагиваясь до руки Скайлер. — Я создаю витражи, а также стеганые одеяла для нуждающихся людей.
Едва заметная улыбка изогнула рот юной девушки.