Димка резко повернулся. От сердца отлегло, когда он разглядел, что виновниками шума оказались Мокрый с Бакланом – братки задержались возле последней заблокированной арки и что-то там активно химичили. Оба чересчур увлеклись занятием и не смотрели по сторонам, а такая невнимательность – угроза для всех остальных.
Искатель знаком отправил к ним Штопора, чтобы выяснить причину задержки, а сам, миновав арку, немного задержался, осматриваясь. Неприятный холодок скользнул по спине, когда он разглядел метрах в десяти впереди знакомое кострище – напротив ступенек лестницы, ведущей в Третьяковскую-Южную. Круг из закопченных кирпичей, обложенный россыпью обглоданных костей. Никогда не думал, что придется сюда вернуться и увидеть эту жуть снова. Кстати, в прошлый раз костер еще тлел, а сейчас пепел в центре круга чернел холодом. Значит, огонь не разжигали уже давно. Может быть, морлоки и в самом деле ушли, и ему лишь кажется, что кто-то наблюдает за ними из темноты? Но кто тогда чуть не убил Кренделя во время смены? Нет, твари еще здесь. Скорее всего, они одичали и изменились уже настолько, что огонь им больше не нужен, теперь их устраивает сырой рацион.
Тишина не нравилась Димке все сильнее. Была в ней некая тревожащая странность, и он, наконец, понял, в чем дело, – он не слышал естественного фона, характерного для любого туннеля. Звук капель скапливающегося на своде и срывающегося вниз конденсата, потрескивание бетонных стен и шорохи осыпающихся частичек – ничего из этого не доносилось до слуха. Только звуки шагов, бряцанье оружия, шелест одежды, скрип снаряжения и людские голоса. То есть он слышал только те звуки, которые они сами же и издавали. Как такое могло быть?
Еще раз настороженно окинув взглядом все пространство станции впереди, Димка направился к браткам.
Оказалось, что в последнем из заблокированных железом проеме между арками, ведущими в таинственный переход, Мокрый с Бакланом обнаружили приличных размеров дыру, в которую при желании вполне мог просунуться человек или выскочить довольно крупная тварь. И теперь, едва слышно матерясь, братки ставили растяжку – зацепить леску по краям пролома было почти не за что, так что задачка оказалась непростой.
На звук шагов встревоженно вскинулся Баклан, но, узнав Сотникова, облегченно ухмыльнулся и тихо пробубнил из-под рукава, которым прикрывал нос и рот:
– Слышь, искатель, присмотри за тылом минутку, пока растяжку поставим. Мало приятного, если кто зад по самые уши оттяпает.
Стоило остановиться рядом, и Димка сам почувствовал, что из дыры, как из пушки, жутко разит убойным амбре из гниющего мяса и дерьма. Похоже, именно это ответвление и использовалось морлоками для мусорной свалки и отхожего места одновременно.
– Соображаете, что делаете? – тихо спросил искатель, тоже прикрыв нижнюю часть лица рукавом, чтобы хоть как-то ослабить вонь. – Если здесь рванет, вас же и посечет осколками. Нужно глубже ставить.
– Вот сам туда и лезь, советчик хренов. И вообще, наше дело маленькое, Пистон сказал поставить – ставим, – Мокрый пожал плечами, осторожно приматывая гранату проволокой к краю пролома. От жутких запахов его физиономию перекосило, губы кривились, но отвернуться, не закончив работы, было нельзя. – Не нравится – иди с ним сам разбирайся. Он под лестницей развлекается, – в подтверждение его слов громкий металлический звук снова разнесся по станции. – Все, готово. – Мокрый торопливо отодвинулся от установленной растяжки, подхватил прислоненное к стенке оружие. За ним поднялся и Баклан, отряхивая с колен прилипший мусор. – Пошли, глянем, в чем дело.
Братки один за другим свернули за угол пилона. Штопор, воровато оглянувшись на Димку, тоже юркнул за ними: в их компании ему было определенно комфортнее, чем в обществе странного сталкера.
Вот уроды… Все планы по разведке к чертям!
Ничего не оставалось, как отправиться следом.
Все оказалось именно так, как он предполагал, – чертов сброд, дорвавшись до сладкого и позабыв о поставленной задаче, элементарно мародерствовал. Электровоз никуда не делся – закончив свою последнюю поездку, спасшую жизнь двум бауманцам, он так и остался стоять здесь. А на его платформе, внутри просторной клети из сваренных стальных прутьев, вокруг ПКМа на высокой подставке, позволявшей стрелять с него стоя в полный рост, топтались ожесточено матерившиеся Пистон с Горелым. Подтянувшиеся братки остались на платформе и, совершенно забыв о подстраховке, увлеченно следили за процессом экспроприации. К величайшей досаде мародеров выяснилось, что треножник пулемета намертво сварен не только с подставкой, но и со стальной петлей, обхватывающей ствольную коробку. Вооружившись подручным средством – где-то раздобытым куском арматуры, ее-то и пытался сковырнуть Пистон, чтобы завладеть трофейным оружием. Вот только крепление ни в какую не желало поддаваться.
