Наила спустила ноги с кровати и аккуратно ощупала пол, надеясь найти подсвечник и кресало. Сделать это было несложно, но едва только девушка взяла в руки заветный предмет, как её слух различил мужские голоса. Сердце принцессы тут же забилось от дурного предчувствия. Зажигать свечу она уже передумала. Сейчас она торопливо шарила по полу в поисках своих вещей. У неё не было никакого сомнения в том, что прибывшие в гостиницу гости ищут её, и вряд ли с добрыми намерениями.
Когда девушке удалось собрать всё своё нехитрое имущество, она осторожно приоткрыла найденную на ощупь дверь. Голоса внизу показались знакомыми, что только подтвердило опасения Наилы.
— Что же мне делать? — прислонившись спиной к двери, прошептала она.
Оставаться в комнате было глупо, потому что тогда ей точно не удастся выбраться, и принцесса решила, что нужно попытаться как-то схитрить. Принцесса сама себе не могла объяснить, почему встреча с её недавними знакомцами так её пугает. Но своим предчувствиям она доверяла.
Оглядев длинный коридор, девушка заметила, что в его конце имеется приоткрытая дверь. Быть может, это свободная комната, которую забыли закрыть, или хозяин съёмной квартиры окажется добрым человеком и с ним удастся договориться?
Наила решила попытать счастья. Осторожно ступая по дощатому полу, она прокралась к заветной дверце и заглянула внутрь, после чего шумно выдохнула. Комната была нежилой и представляла собой небольшой чуланчик, где хранились принадлежности для уборки помещений.
— Да, моя прежняя комната по сравнению с этой поистине королевские покои, — плотно прикрывая дверь, вздохнула Наила. В маленьком чуланчике даже развернуться было сложно. Задвинув растрёпанную метлу себе за спину, принцесса перевернула вверх дном деревянное ведро и примостилась на его краешке, стараясь устроиться удобнее. Девушка догадывалась, что сидеть ей здесь придётся довольно-таки долго.
— Какая же я глупая. Лучше бы с тёмным осталась.
При воспоминании о тёмном по спине Наилы пробежали мурашки. Только сейчас до её разума дошло, что она так и не расплатилась. В спешке принятого решения она ведь даже не удосужилась узнать, во сколько золотых монет оценил тёмный свои услуги и куда нужно пересылать деньги.
— Какой позор! Что теперь обо мне подумают! — прикрывая ладонями запылавшие от стыда щёки, прошептала Наила. Впрочем, самобичеванием она занималась недолго. Тёмный ведь назвал своё имя, значит, она попросту вышлет деньги в империю, а там найдут нужного человека.
Успокоив таким образом свою совесть, принцесса прислушалась к тому, что происходит внизу. Разговоры стихли, слышен лишь был звук чьих-то шагов. Наила предположила, что её преследователи заказали себе ужин и сейчас наслаждаются трапезой.
— Дождусь, когда они улягутся спать, а тогда постараюсь выскользнуть из гостиницы.
Определив для себя план действий, принцесса обхватила свои плечи руками и зарылась подбородком в воротник. В таком положении заснуть она, конечно, не смогла бы, но хоть как-то изобразить ночной отдых было необходимо.
Ночная трапеза продолжилась недолго. Внизу послышались звуки отодвигаемой мебели, и Наила сжалась в комок. Сердце снова зачастило в груди. Было очень страшно, хоть и объяснить причину этого было сложно, порой даже закрадывалась мысль, что принцесса понапридумывала себе невесть что, а теперь в угоду своим фантазиям приходится прятаться от неведомой опасности. Но вот по лестнице загрохотали мужские шаги, и сразу все страхи вернулись.
— Вот здесь, господин, ваша спутница остановилась, — услышала Наила лебезящий голос хозяина.
— Можешь быть свободен, твои услуги нам не понадобятся до утра, — высокомерно отозвался Далинтер.
— Добрых сновидений, — пожелал хозяин на прощанье, после чего заторопился восвояси.
Пока были слышны торопливые шаги по лестнице, никаких других звуков Наила не слышала, но стоило только мужчинам остаться одним, как герцог сказал:
— Теперь наша птичка улететь не сможет.
— Да, но тебе всё равно придётся провести ночь под этими дверьми.
Наила задохнулась. Слова спутника Далинтера начисто лишали её шанса выбраться из приготовленной ловушки.
Принцесса закрыла лицо руками и беззвучно всхлипнула. Но хоть она и понимала, что её затея провалилась, сдаваться без боя она была не готова.
Валеар нетерпеливо подстёгивал коня. Карету он оставил в одном из придорожных трактиров, так как её скорость только раздражала императора. В душе поселилась неясная тревога, что заставляла его спешить. Если изначально в погоню он пустился из соображения собственных пожеланий, то сейчас не мог избавиться от навязчивого чувства, что его беглянке угрожает настоящая опасность. Сердце учащённо билось в груди, голова подкруживалась, магический источник тоже неритмично пульсировал, мерещилось даже, что кожа под браслетом начала гореть. Но это, конечно, уже было нелепой фантазией, хоть на ощущения императора тоже оказывало влияние.