Как только все въехали, ворота закрылись, а переливающиеся зеленоватыми бликами заклинания вновь слились, полностью отрезая дом от внешнего мира.
«Как только начнется подсчет поголовья, выявят, что меня нет, поэтому…»
Я быстро шла по освещенным пустым улицам, радуясь тому, что багажа у меня с собой не было. Жаль было бы оставлять, да и таскать с собой – намаешься.
Шла и пыталась определить, в какой части города нахожусь. Обычно это было несложно. То, что повыше расположены – это улицы богачей, в середине – мелкие торговцы, ремесленники, а в самом низу – трущобы. Но я до сих пор шла по ровной улице без какого-либо уклона и поэтому никак не могла разобраться, где я очутилась. Поисковик запустить несложно, но это оставляет следы. А меня, скорее всего, будут искать…
Я как раз оглядывалась по сторонам, пытаясь по внешнему виду домов сообразить, где нахожусь, когда услышала голоса.
Тихо прошмыгнув к крайнему дому, осторожно высунула нос.
И чуть не рассмеялась, когда поняла смысл разворачивающейся сценки.
Уже светало, и некоторые фонари начали гаснуть (я уже определила, что они реагируют на дневной свет). В сером свете начинающегося дня прямо посреди улочки нарисовалась интересная композиция фигур. Горидская семья (их выдавал покрой одежды) окружила ристаларца. Отец семейства что-то бубнил, зыркая глазами, матушка горько причитала, стоя на коленях, дочь-подросток, чуть не плача, уговаривала мать успокоиться, а восьми-девятилетняя малышка со словами «господин сувар, господин сувар» крутилась вокруг единственного зрителя этого спектакля.
Банда «малоручек».
Малоручками в Гориде называли карманных воров.
У нас на этот трюк мало кто клевал. Уже давно и всем известно, что если кто-то бросается к тебе в ноги – пора спасать кошелек. Дело в том, что все знали, что это карманники, но поймать их с поличным никому не удавалось. Их ловили на месте, обыскивали и… не находили украденное. Шастая по трущобам в поисках приключений, я узнавала много интересного. Так вот, воровал обычно самый маленький в банде. Это я узнала. А вот разузнать, как и куда они прячут украденное, не смогла. Мне пообещали, что выложат сей секрет моими внутренностями на каком-нибудь столе, в каком-нибудь кабаке. Я решила, что мои внутренности вряд ли добавят кому-либо аппетита и… умерила свое любопытство. В трущобах у всех свои профессиональные секреты, и они не делятся ими ни с кем. В особенности с чужаками.
И вот одна из этих банд сейчас потрошила молоденького ристаларца. И каждый из них исполнял при этом свою роль.
«Отец» обычно был магом и являлся силовой поддержкой. «Матушка» цепким взглядом высматривала добычу в виде ценностей, а детки отвлекали внимание и «щипали» жертву. Друг с другом они переговаривались незаметными жестами, не забывая продолжать говорить по сценарию.
Понаблюдав за работой профессионалов, я присмотрелась к ристаларцу.
«Ух ты! Вот это да!»
Аура прикрыта, как часто делают те, кто не хотят светить своим резервом. Но меня матушка научила, как по некоторым мелочам определить примерный уровень магии и по отсветам определить, какой она направленности. Этот, к примеру, неслабый маг. Со мной он спокойно смог бы потягаться. И, скорее всего, воздушник. А вот «отец семейства» - маг неплохой, но гораздо слабее. И наверняка он даже не имеет представления, какая сила перед ним. Члены «семейки» просто забыли, что в Ристаларе маги сильнее, чем где-либо. Они даже пикнуть не успеют, как этот их повяжет. Когда поймет в чем дело. Только вот найдет ли он после этого свои денежки - большой вопрос. Не знаю, пройдет ли их номер в этой стране. С другой стороны, «малоручки» просто так рисковать не станут.
А пока рыжеватый маг-ристаларец ошарашенно оглядывался, пытаясь отреагировать на всех и никого не обидеть.
Похихикав в душе и пожелав удачи обоим сторонам, я уже развернулась, чтобы уйти, когда в голову пришла мыслишка.
План родился сразу.
И прежде чем совесть, которая в последнее время представала предо мной в виде матушки, начала причитать, я устремилась к этим «предрассветным искателям приключений».
Проделала я все очень изысканно. Не придерешься.
Я поздоровалась и пожелала всяческих благ. На меня уставились – некоторые изумленно, некоторые подозрительно. Я искренне пожурила «семью несчастных и обездоленных» за то, что они пристают к порядочным ристаларцам, которые сделали для нас столь много. В то же время я на их языке жестов объяснила им, что перед ним сильный маг из городской дружины. Про дружину я, естественно, придумала сама, чтобы напугать их посильнее. Потом я взяла за руку рыжего мага и отвела его в сторону. Намешав в голосе сожаления, извинения, осуждения и жалости (надеюсь, не перегнула… и не напутала) я попросила у него прощения за поведение своих соотечественников. Парень уставился на меня своими глазищами (не разобрала, какого они цвета). А я воодушевленно, а потом, одернув себя, смиренно продолжила. Объявила, что мне очень стыдно, что они так себя ведут, после всего того, что Ристалар для нас сделал…
