Может быть, он в это и поверил, а я - нет. Единственно, что может убедить Хаузера, это чек от Микиса, а я не думаю, что Микис выслал таковой. Однако Хаузер был далеко отсюда.
Уплывало время и средиземноморский простор под крылом. Средиземное хорошее море для летчика - если только по меркам обслуживания самолетов в "Эйркарго" существуют хорошие моря. Ветры здесь в основном постоянные и несильные. Но бывает, что задует и по-штормовому, и без особого предупреждения.
Сегодня море там, в шести тысячах футов под нами, было спокойным, лоснящимся. И мисс Браун была спокойной и лоснящейся где-то в глубине моего подсознания. Вся эта тройка, и сами Афины, становились в моем мозгу чем-то нереальным, превращались в романтические кадры забытого фильма. Так бывает. У профессионального пилота понятие "там, наверху" в конце концов превращается в "здесь, наверху", а мир, в котором он приземляется, приобретает эпизодический, отрывочный характер. Но иногда он в полуреальном мире "там, внизу" делает всякие глупости, и после обнаруживает, что от способности летать ещё не становится одним из сонма божеств.
Это не ново. Так случается с птицами, пока не налетят на кошку.
К часу дня мы встретились с парой самолетов Шестого флота США, которые подскочили проведать, не являемся ли мы новым секретным оружием Москвы. Убедившись, что нет, они показали, как здорово летают вверх брюхом, - а я даже не покачал крыльями, чтобы оценить их мастерство, - и улетели, и я объявил обед. На обед были консервы из фаршированных виноградных листьев, сыр и кофе из термоса.
Юсуф не взял с собой никакой еды. Некоторое время он постоял за нашими спинами, глядя туда и сюда, но больше на еду. Я не предложил ему ни беседы, ни еды. У него есть пистолет, пусть его и ест, а если он будет корчить из себя важную птицу в моем самолете, я с удовольствием запихну ему эту штуку в его глотку. Он постоял-постоял и вернулся в салон.
За триста миль до Триполи мы взяли по радиокомпасу пеленг на Луку, что на Мальте, и убедились, что мы более или менее в расчетном месте и идем в правильном направлении.
Я взял управление на себя. Я переключил питание с одного бака на другой, поманипулировал немного триммерами и затем снова поставил самолет на автопилот. Я долго оттягивал важное дело, а было уже пора поговорить с другом Юсуфом.
Он сидел на одном из ящиков и курил. Я сел в кресло и задал ему вопрос:
- А после Триполи мы куда полетим?
Он ухмыльнулся.
- В Триполи скажу, о'кей?
- Нет. - Я покачал головой. - Я хочу знать сейчас.
Он ещё шире расплылся в улыбке. Мол, тут он хозяин.
- Мне сейчас важно знать, как далеко мы полетим, - стал объяснять я ему. - Нам может не хватить топлива. На такой случай я хотел бы заправиться в Триполи.
Тут он забеспокоился.
- Нет, никаких заправок. - твердо заявил он. - На заправки нет времени.
- Вы, может, и хотите разбиться в пустыне, а я нет. Скажите мне, куда мы летим.
- Я скажу вам в Триполи.
- О'кей, - сказал тогда я. - В Триполи я сдам груз в таможню и попрошу их открыть его. И дальше не повезу его.
Он резко вскочил и стал судорожно как бы ощупывать себя. В следующий момент мне в грудь смотрел большой черный пистолет. Я неторопливо встал и подошел к Юсуфу. И сказал:
- Убери эту штуку или я запихну её тебе в глотку и выкину тебя в море.
Он улыбнулся. Пистолет делал его всесильным.
- Я запросто убью вас, ясно?
- Подожди, пока благополучно не приземлишься.
Мысль, что он на высоте шесть тысяч футов, в такой непривычной для себя обстановке, кажется, дошла до него. Мы стояли и смотрели друг на друга, а дуло пистолета находилось в футе от моей груди. Он не убьет меня если я его об этом не попрошу. Он вытащил оружие так, для самоутверждения, а стрелять он не будет. Я развел руками и сел. Он внимательно посмотрел на меня, потом улыбнулся и спрятал пистолет под пиджак.
- Вы мне не давайте приказаний, понятно? - заявил он.
Я закурил сигарету и отвернулся от него в сторону: что ему толку снова доставать пистолет, если я его все равно не увижу.
Я сказал:
- У меня записано, что аэропорт назначения - Триполи.
- Я вам потом скажу, куда лететь.
- Ничего, пешком пройдетесь.
Он медленно сел, по-прежнему не спуская с меня глаз. Потом произнес:
- У меня есть карта.
- А у меня их не одна дюжина.
Левой рукой он полез в карман пиджака, вытащил карту и развернул у себя на коленях. Это была карта королевских ВВС, напечатанная в пурпурных тонах, чтобы её было легче читать с подсветкой в пилотской кабине. Юсуф постучал по ней пальцем.
- Мехари, - сказал он.
- Никогда не слышал.
Он приблизил карту к самому моему лицу.
- Вот, смотрите - Мехари.
Я посмотрел. Это было около двухсот миль на юг-юго-восток от Триполи, как раз за Хамада-эль-Хамра, в большой каменной пустыне к северу от Сахары. На карте не было обозначено никакой взлетно-посадочной полосы. Что она показывала, так это что Мехари стоит на караванном пути, идущем через Сахару из Западной Африки и затем на восток, петляя между пятнами песчаной пустыни, через южный Египет к Нилу.
