Ага, верим.
Верим, что сходим с ума. Надо ж нам было на этот Китеж ехать смотреть. А теперь призрак в стиле 4G. Что дальше? «Скворечник»?
В это время мужичонка как-то незаметно переместился с нами на кухню и, усевшись на табурет, начал рассказ. Оказывается, чуть больше года назад его действительно убили. Убил наемный киллер по заказу жены.
— Да, — рассказывал он, — я не был праведником и выгнал жену из дома, но я не мог поступить иначе. Я закодировался, а она продолжала пить. Сын от рук отбился и воровал, а я устал его отмазывать. Я купил квартиру и отселил его туда, а его мать, моя жена.
— Народ, а это кто? — В проеме кухни стояла сонная Йолка. — Вы на кой его сюда притащили?
— Йола, это призрак. Призрак, это Йола, — как-то несколько истерично хихикнув, представила я их друг другу.
— Какой, на фиг, призрак? Ребята, вы перепились, что ли? Кто это?
— Ну вот, так всегда, — пробормотал мужик. И начал истаивать в воздухе.
— Круто. Нет, вы это видели?
— Видели, Йолка, видели и даже общались. — Рыжий запустил руки в шевелюру и провел от лба к затылку. — Ипо ходу мы все сходим с ума! Иначе я просто не представляю себе, как объяснить то, что мы видим одни и те же глюки! Все, давайте спать, а завтра с утра — в церковь за святой водой, потом свечки ставить и что там еще надо.
Уснули мы, как вы представляете, не скоро. Утром, разбитые от недосыпа уже третьи сутки, мы выскреблись из кроватей, позавтракали, залезли в Интернет, нашли ближайший храм и отправились туда. Там оцепили батюшку и рассказали ночную историю.
Оказалось, что — таки да, было такое чуть больше года назад. Убили мужика, заказали жена и сын. И одна, и второй, и исполнитель сидят по разным зонам, а квартиру сдает агентство, и только посуточно, потому что никто там жить не может. Практически каждую ночь приходит невинно убиенный. И чистили эту квартиру, и кадилом махали, а все без толку — ничего не помогает:
— Вы дверь ему не открывайте, — посоветовал нам батюшка, — он и уйдет вскоре.
В общем, ночью история почти что повторилась: звонок — мужик — аут. Звонок мы отключили, дверь не открыли. Спали спокойно, а на следующий вечер, отдохнув и отоспавшись, пошли прогуляться по городу.
Мы с Китой брели по старым улочкам, пили портвейн «Алушта» и вспоминали юность, как мы занимались любовью в каком-то углу двора Дома журналиста, как в 1998 году темным утром примчались на канал Грибоедова, где была убита Галина Старовойтова. Как перед балом журналистов придумали для всех его девиц байку, что мы поженились, и все в нее поверили. Многие работники Союза журналистов до сих пор вспоминают эту историю.
Бредя по тротуару, мы вдруг услышали мерные звуки: скрип-скрип. скрип-скрип. скрип-скрип. Ничего необычного: мимо нас проезжали открытые кареты и возки, в каких катают туристов.
— Может, покатаемся? — предложил Рыжий.
— А давай! Помнишь, как я на своей первой свадьбе по Дворцовой площади на лошадке круги нарезала, а Эдик боялся на лошадь сесть?
— Помню, амазонка. Давай тачанку ловить. — И Кита притормозил один из возков, просто схватив лошадку под уздцы.
— Пшел вон, холоп! — крикнул вдруг возница.
— Ты чего, мужик, — поразился Кита, — охренел совсем? Стой, тебе говорят, мы кататься хотим! Танюш, давай забирайся в карету. — Кита распахнул дверцу и, закинув меня внутрь, заскочил следом. — Оп-па. извините, мы думали, что экипаж свободен, - растерянно протянул он.
Напротив нас сидел странный господин. Иначе назвать его было просто нереально. Он был одет в камзол. Да-да, был именно в камзоле, в парике, а в руках держал табакерку и с недоумением пялился на нас. Впрочем, как и мы на него.
— Ви кто и что делайт в мой карета?
— Хм. — Никита почесал затылок и повернулся ко мне: — Танюш, а круто тут туристов встречают. Потом посмотрел на актера: — Скажите, а сфоткаться с вами можно? И какой маршрут для туристов?
Ряженый посмотрел на нас дикими глазами и опять холодно повторил свой вопрос:
— Ви кто и что делайт в моей карета?
— Блин, мужик, хорош прикалываться, сколько поездка на тачанке стоит? — Рыжий уже начинал закипать. Меня тупость «экскурсовода» тоже стала бесить.
— Семьёй! Стоять! Пошли вон, холопен! — Это уже нам.
Ага, сейчас! Кит и так был на взводе, а теперь вообще взбесился:
— Ты кто, мужик? Тебе карету доверили, чтоб туристов развлекать. Вот и развлекай! А этот спектакль достал!
С гидом стало твориться что-то странное. Он открывал рот, будто не мог вдохнуть воздуха.
— Да кто ви такие, черт вас возьми? Как ви позволиль себе сесть? Вон отсюда! Вег!!!
— Вот придурок, — пробормотал Кит. И вдруг двинул истерику в челюсть. — Всё, успокоился, болезный?! Давай до проспекта Октября мухой! Быстро, сука, давай подгони своего извозчика! Биррон, бля, выискался. Актер, на. — Рыжий взбесился по-крупному.
— Бирон? Ти сказаль — «Бирон»? — Мужик вдруг воспрянул и схватил Кита за футболку:
— Тебя Мартемьяно послаль шпийонить?
— Кита, давай-ка спрыгнем. Он псих. Сами до дома дойдем.
— Ти сказаль — «Бирон». Откуда ти меня знайт? — Мужик в парике оказался настойчив.
