* * *
— Значит, после рабства на галерах я подался в казаки, — пробормотал я, не размыкая век, всё ещё окутанный дымкой нового видения или сна. Я не помнил, как должны выглядеть сны. — И даже стал их атаманом. Судя по ощущениям, с момента нападения рыцарей на османскую галеру прошло лет пятнадцать-двадцать. И всё это время мною двигала лишь лютая жажда мести. Удивительно, но даже за столько лет я не смог забыть Веселину. Неужто я был способен так любить?
— Что ещё за Веселина? Ты её любишь? Что это вообще за дурное имя?! Мерзкий демон, я так и знала — здесь что-то нечисто!
— Принцесса, — я наконец открыл глаза, повернул голову на подушке вправо и посмотрел на Эллисандру, сидевшую в кресле напротив моей кровати в странном розовом халате. — Ты пришла в себя? Замечательно.
— Кто такая Веселина? Отвечай, предатель! — грозно сдвинув брови, прорычала девушка.
— Некто из моего очень далёкого прошлого. И незачем устраивать сцены ревности — она давно умерла.
Я откинул одеяло и попытался встать. Однако это оказалось далеко не так просто, как я привык. Только теперь я вспомнил, в кого меня превратила коварная Кайра Веспера — в толстого, неповоротливого, уродливого старика. С немалым трудом и громким кряхтением, но мне всё же удалось принять сидячее положение.
Когда Эллисандра разглядела меня во всей красе, её лицо скривилось от отвращения. Впрочем, я не посмел бы её винить. И, чувствуя себя как никогда неловко, лишь смущённо улыбнулся.
— Пресвятая Валлия, ты ли это, демон? — почти с ужасом прошептала девушка. — Эта взбалмошная демоница в теле рыжей девицы меня предупредила, но… Ты больше похож не на Нокса, а на того, кто съел его целиком!
— Да уж, не стоило доверять Кайре, — мрачно согласился я. — Но не переживай, Эллис, это временно. Считай, я просто надел очень неудачный костюм за неимением другого. И придётся его немного поносить, пока не пошьют новый.
— С другой стороны, — Эллис вдруг посмотрела на меня с любопытством, слегка склонив голову набок. На её губах заиграла странная усмешка. — Твоя отталкивающая внешность наконец-то полностью соответствует твоей мерзкой, прогнившей насквозь внутренней сущности. Знаешь, в этом даже что-то есть…
— О чём ты? — спросил я с недоумением.
Она неспешно поднялась с кресла, и в её глазах заплясали опасные огоньки. Подойдя ко мне с хищной улыбкой, она села на кровать рядом очень близко. Её правая ладонь нежно скользнула по моей плешивой голове, а левая легла на плечо. Приблизив губы к моему уху, она сладострастно зашептала:
— Страшный, уродливый, злобный демон, лишённый всякого сострадания, использует как ему вдумается несчастную красавицу на потеху своей чёрной душе… И она ничего, абсолютно ничего не может с этим поделать, ведь он слишком силён и жесток… В этом особняке наверняка есть подходящее подземелье, может, даже найдутся цепи…
— Опять ты за своё, принцесса, — проворчал я, но внезапно замер.
В моей голове вдруг вспыхнула шальная мысль: а что, если это старое, грузное и немощное тело всё ещё способно на то, чего я нынче лишён в своём демоническом обличье? С последней надеждой я протянул левую руку к девушке, положил ладонь на её спину и осторожно двинулся вниз. Прикрыв глаза, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, я жадно сжал её упругую, сочную попку и принялся мять, ожидая должного отклика в паху. И…
— Проклятье девяти глубин Бездны! — прорычал я с разочарованием спустя минуту.
