Меты за пределами обители ходили пешком, не считая редких богачей, которые могли нанять тягловых животных, возницу и повозку у торговцев из Союза Бурой Лапы. Выбиравшиеся в город сестры-силты обычно ездили в изящных паровых экипажах, которые были быстрее любой повозки. Если Дортека отпустит Марику – разрешат ли ей воспользоваться таким экипажем? Вряд ли. Их ревностно оберегали, поскольку они были крайне дороги. Их изготовляло братство торговцев, не входившее в местный Союз Бурой Лапы, и их доставляли извне. Силтам они не принадлежали.
Торговцы не продавали экипажи, лишь сдавали их в аренду, требуя высоких штрафов за повреждения. Марика подозревала, что ими движет желание помешать силтам разобрать машины и выяснить, как те работают.
К каждому экипажу полагался торговец-водитель. Посторонним учиться водить не разрешалось. Самцы, приписанные к машинам обители, жили в небольших казармах напротив главных ворот обители, откуда их можно было вызвать в любую минуту.
Когда свободный час закончился, Марика пошла к Дортеке и спросила:
– Сколько еще очков я должна набрать, прежде чем смогу выйти в город?
– Очки тут ни при чем, Марика. Ты сможешь выйти в город, когда я решу, что ты заслужила награду.
– Ну и как? Заслужила я ее?
Марика ничего не скрывала. Зная, что ее используют как пешку в непонятной игре с непостижимыми целями, она прилагала все усилия, чтобы выжить. Вряд ли Дортека могла требовать от нее большего.
– Возможно, возможно. Но зачем тебе вообще в этот гнойник?
– Чтобы познакомиться с ним поближе. Узнать, что там. Чтобы хоть ненадолго вырваться из этой тягостной тюрьмы.
– Тягостной? Тюрьмы? Из обители?
– Здесь просто невыносимо. Но ты тут выросла и, возможно, не в силах представить себе, что такое свобода.
– Нет, не могу. По крайней мере, не там. Мне приходится ходить в город по делам, Марика. Это отвратительно. И у меня нет никакого желания тащиться за тобой по колено в навозе.
– А зачем это тебе, госпожа?
– Что?
– Тебе вовсе ни к чему идти со мной.
– Если пойдешь ты, пойду и я.
– Зачем, госпожа?
– Чтобы с тобой ничего не случилось.
– Я сама могу о себе позаботиться, госпожа.
– Макше – не Понат, щена.
– Вряд ли в этом городе есть что-то опаснее кочевников.
– Меня беспокоит не физическая опасность, Марика. Меня беспокоит твой разум.
– Госпожа?
– Тебе меня не одурачить. Ты пока еще не силта. И ты вовсе не безобидная усердная ученица. В твоих глазах кроется тьма.
Марика помедлила, тщательно сдерживая злость:
– Не понимаю, госпожа. Другие говорили мне то же самое. Некоторые называли меня посланницей рока. Но я не считаю себя какой-то особенной. Как может город повредить моему разуму? Внушит опасные мысли? У меня хватает и своих. И я сама способна составить свое мнение, как бы меня ни пытались убедить. Или мне повредит, если я увижу, как тяжко живется невольникам Рюгге, чтобы мы, силты, могли существовать со всеми удобствами? Это я и так видела со стены.
Дортека не ответила, тоже борясь с охватившей ее злостью.
– Если уж мне необходимы компания и защита, пошли со мной состайниц, Грауэл и Барлог. Уверена, они с радостью выполнят твое распоряжение.
Дортека не уловила ее сарказм.
Они с Грауэл и Барлог не ладили со дня столкновения со старейшиной. Обе охотницы изо всех сил старались показать свою преданность Сообществу. И Марике не хотелось, чтобы они столь быстро сдались.
– Я подумаю. Если ты настаиваешь на том, чтобы пойти в город.
– Мне очень этого хочется, госпожа.
Раздвинулись огромные створки ворот, и Грауэл с Барлог осторожно шагнули наружу. Марика последовала за ними, удивившись их нежеланию выходить из обители.
– Ты должна вернуться до темноты, Марика, – послышался за спиной голос Дортеки. – Иначе больше не выпущу.
– Да, госпожа. Идем! – Она побежала вперед, радуясь обретенной свободе. Грауэл и Барлог с трудом могли за ней угнаться. – Разве не здорово?
– Тут воняет, – сказала Грауэл. – Они живут среди собственных нечистот.
– Куда ты? – спросила Барлог.
Сразу же стало ясно, что у Марики на уме вполне определенная цель.
– К торговцам. Взглянуть на их летающие машины.
– Следовало догадаться, – проворчала Барлог. – Не так быстро. Мы не столь молоды, как ты, Марика. И вообще, что это за навязчивая идея насчет полетов? Меты не созданы для них. Марика! Ты можешь бежать помедленнее?
Марика оглянулась. Охотницам мешали бежать громоздкие длинные винтовки.
– Зачем они вам?
Она знала, что Грауэл предпочитает оружие, полученное от Багнела.
– Таков приказ, Марика. Простой, недвусмысленный и зловещий. Кое-кто из силт рассчитывает, что тебя там убьют. И хоть какое-то подобие охраны у тебя есть лишь потому, что к тебе благосклонна старейшина.
– Подобие?
– Охрана любой другой силты состояла бы самое меньшее из шести мет – если бы та настолько сошла с ума, что отправилась бы пешком. И вооружены они были бы куда лучше. Нас отпустили с тобой, потому что в случае чего жалеть о нас никто не станет.
– Глупо. С тех пор как мы здесь, ни на кого не нападали. Думаю, все это просто страшилки. Вроде старого доброго граукена в кустах.
