– Очень хорошо. Прекрасно. Если рассуждать логично, у него нет шансов. Продолжайте его преследовать, вынуждая сворачивать с пути. Разжечь костер он не осмелится, а запасы еды рано или поздно иссякнут. Когда он ослабеет и устанет, ему труднее будет спрятаться от мысленного касания.
На самом деле Марика вовсе не была в том уверена. Возможно, стоило обратиться к Багнелу. У торговцев имелись средства, от которых было намного больше пользы, чем от способностей силт. Несколько дирижаблей с тепловыми детекторами найдут Кублина куда быстрее, чем сотня силт.
– Эдзека, еще один неприятный вопрос. Какова вероятность, что ему кто-то помог? Изнутри или извне?
– Изнутри – никто. Любой пытавшийся помочь сбежал бы вместе с ним, зная, что мы подвергли бы заклятию откровенности всех оставшихся пленников. Что мы, собственно, и сделали, но без результата. И ни у кого из сестер не было друзей среди братьев или Серке. Помощь извне? Возможно – если кто-то знал, что он здесь, и сумел каким-то образом с ним связаться.
– Я просто подумала… – Ей вдруг пришло в голову, что средства связи могли скрываться в голове Кублина. За годы заключения у него имелось достаточно времени, чтобы практиковаться в дальнем мысленном касании. – Заклятие откровенности ничего не дало?
– Когда я улетала – нет. Окончательные результаты будут известны, когда я вернусь. Если бы что-то удалось выяснить, я бы наверняка об этом услышала.
– Ясно. Если выяснится что-то важное, можешь сообщить по радио. Если у тебя нет нужного оборудования, потребуй, чтобы тебе его предоставили.
– Спасибо, госпожа.
– Как тебе понравился Рухаак? Тебе стоит почаще куда-то выбираться.
– У меня есть своя работа, госпожа.
– Да, как и у всех нас. Спасибо за доклад. Есть о чем подумать.
Марика поспешила к себе, размышляя, чем обернется бегство Кублина.
Если ему в самом деле удастся сбежать, от него стоило ждать серьезных неприятностей, поскольку он мог знать, что случилось с Градвол. Марика вовсе не была уверена, что во время ссоры с бывшей старейшиной он был без сознания.
Следовало посоветоваться с Багнелом. Багнел кое-что знал о Кублине и мог оценить, что означает для братьев его бегство.
Крылом обители Рухаак, где жила Марика, заправляли силты и охотницы, уцелевшие после гибели Макше. Их было немного, но их преданность Марике оставалась безграничной. Они знали, что она пыталась отомстить за их страдания и не оставляет надежды на дальнейшую месть. В каком-то смысле это выглядело странным парадоксом – до нападения на Макше Марика отнюдь не пользовалась популярностью.
У входа в их «обитель внутри обители» Марику ждала сестра по имени Джанкач, которая во время катастрофы Макше была всего лишь послушницей. На ее морде застыло мрачное выражение, уши обвисли.
– Какие-то неприятности? – спросила Марика, тут же подумав: «Чего еще ждать?»
– Возможно, госпожа. Несколько часов назад тебя срочно потребовала к себе Килджар, старейшина Редориад. Мы ответили, что прибыть ты не можешь, поскольку еще не вернулась из путешествия. Нас попросили немедленно тебе сообщить, как только ты вернешься, и добавить, чтобы не теряла ни минуты. Причину нам не назвали, но ходят слухи, будто она умирает.
– Сколько я знаю Килджар, она постоянно умирает. Она предсказывает, что не доживет до следующего рассвета, а в следующую секунду клянется, что переживет всех стервятниц, ждущих, когда освободится первое кресло Редориад.
– На этот раз, похоже, ситуация и впрямь критическая, госпожа. Редориад созвали советы всех обителей и всех старших, кроме тех, кто сейчас у других звезд. И закрыли ворота для всех остальных.
– Свяжись с ними. Поговори с самой Килджар, если это возможно. Скажи ей или им, что я вернулась и, если потребуется, немедленно появлюсь. Грауэл, Барлог, подготовьте седлолет. Если я действительно нужна Килджар – полечу сейчас же.
Так оно и оказалось. Через несколько минут Марика отправилась в путь.
В обители Редориад ей были не рады. В коридорах толпились высокопоставленные силты, бросавшие на нее враждебные взгляды. Она не обратила внимания ни на них, ни на их ворчание, когда ее немедленно допустили в покои Килджар – чего не позволили даже самым могущественным силтам.
Килджар в самом деле выглядела так, будто дни ее сочтены. Голос походил на шепот. Она лишь слегка оскалилась, не в силах поднять голову, но сумела отдать приказ помощницам, чтобы их с Марикой оставили одних.
Марику охватила невыносимая грусть. Мало кто из метов многое для нее значил, но Килджар принадлежала к их числу. Она взяла лапу старой силты в свою:
– Госпожа?
Килджар собрала последние силы:
– Всеединое призывает меня к себе, щена. На этот раз мне не удастся заткнуть уши, чтобы не слышать его зова.
– Да. – скрыть правду от Килджар было невозможно. – Мое сердце разрывается от горя.
И эту правду тоже не следовало скрывать.
– Всеединое было добро ко мне, Марика. Оно подарило мне больше лет, чем я ожидала. Надеюсь, я достойно ими воспользовалась.
– Полагаю, да, госпожа. Возможно, ты добилась большего, чем сама подозревала. Думаю, тебя будут помнить как великую Редориад.
