– Нрав у нее, конечно, дурной, – сказала она Грауэл. – Но и гибкости ей хватает.
– Надо заметить, среди сестер-силт такое бывает редко, – все так же угрюмо ответила охотница.
Марику слегка раздражало, что состайницы от нее отдалились, но она ничего не говорила. Им самим стоило бы научиться гибкости, причем без ее помощи, которую они вряд ли приняли бы – хотя бы потому, что были старше и считали, будто это дает им определенные права.
Охотницы обнаружили, что большой группой ни к одному стойбищу днем не подойдешь, да и небольшой группой ночью – тоже. Но днем можно было приближаться по двое или трое, оставаясь не замеченными для кочевников, пока для тех не станет слишком поздно.
Дальночующая сообщила о новостях в Акард. Сестры в крепости известили другие вышедшие на охоту отряды, которым не слишком везло.
– У них есть собственные средства связи, – задумчиво проговорила Марика однажды вечером. – Они узна́ют о нас и, скорее всего, вообще покинут стойбища. А это значит, что нам придется думать, как выслеживать их, когда они вернутся к прежним обычаям.
– Это будет проще, хоть и потребует больше труда, – сказала Архдвер. – Постоянно передвигаясь, они потеряют свои средства связи.
Марика сразу же начала ее расспрашивать, но старая силта не стала распространяться на эту тему.
– Странные они, вот почему, – сказала Грауэл, когда Марика позже удивилась, почему большинство силт отказываются обсуждать с ней некоторые вопросы. – Они из чего угодно сделают тайну. Спроси их, какого цвета небо, и они ничего не ответят.
Они благополучно нападали средь белого дня на кочевников в течение нескольких недель. Холмы к югу от реки Хайнлин густо усеивали захваченные стойбища. А потом, повернув назад, они обнаружили очередное стойбище пустым. Следующее, которое они нашли, кочевники покинули неделю назад.
Архдвер собрала отряд, не желая слишком его рассеивать, опасаясь появления врагов. Она ожидала, что кочевники начнут вести себя не столь пассивно. Казалось, однако, что с каждым днем она все больше злится, бормоча проклятия в адрес силт из Макше. Марика ничего не понимала. И естественно, Архдвер ничего не собиралась объяснять.
Охотничий отряд, оставив надежду застичь еще кого-то врасплох, направился в сторону реки Хайнлин, рассчитывая, что по пути на север охота будет удачнее. Архдвер была довольна предыдущими успехами, хотя предпочла бы более длинные связки из трофейных ушей. Марике начало казаться, что вся их охота превращается в бесполезное занятие. Она подозревала, что на десяток кочевников, сумевших ускользнуть, приходится лишь один, кого удалось обнаружить, не говоря уже о том, чтобы уничтожить. А силы Акарда иссякали.
К западу от крепости кочевники давали отпор.
Нужно было придумать что-то получше.
Когда отряд оказался всего в дне пути к югу от восточного рукава, посреди дня внезапно проснулась дальночующая.
– Я чувствую! – проскулила она. – Боль… Там сестра… чуть западнее нас. На них напали. Она единственная силта, оставшаяся в живых.
Марика уставилась на дальночующую, впавшую в панику и замешательство, а потом тоже ощутила контакт – сильный, подпитываемый мучительной болью от раны – и почувствовала направление.
– Вставайте! – рявкнула она. – Все вставайте! Брать только оружие. Мешки оставить.
Она схватила лук и копье. Грауэл и Барлог последовали ее примеру, ни о чем не спрашивая, хотя вопросов у них было множество. Марика поспешила к источнику боли.
Две трети охотниц даже не бросили взгляд на Архдвер, чтобы получить ее одобрение. Остальные тоже не стали задерживаться и смотреть, как та всерьез звереет.
Подобного следовало ожидать с самого начала. Марика этого не понимала, зато понимали Грауэл и Барлог, успевшие поговорить с большинством охотниц. Мысль, что могут возникнуть проблемы, пришла к Марике лишь после.
– Тебе следует научиться думать о последствиях своих поступков, щена, – упрекнула ее на бегу Грауэл. – Могла бы повести себя и повежливее – пусть бы Архдвер заявила, будто это ее идея.
Марика не спорила. Грауэл была права – она просто не подумала. И теперь из-за того, что она не потратила несколько лишних секунд, могли быть неприятности. И уж точно ни о какой симпатии к ней со стороны Архдвер можно и не мечтать.
Силты крайне ревностно относились к своим привилегиям.
До подвергшегося нападению отряда было всего пять миль – легкая пробежка для охотниц. Полчаса. Но это оказалось так долго…
Посреди леса были разбросаны сорок семь изуродованных тел в одеждах Акарда. Рядом лежало вдвое больше кочевников – сердец многих, судя по мучительным позам, коснулась магия силт. Марика уставилась на побоище, чувствуя, как в ней растет тупая ярость.
– Они знают, что мы поблизости, – сказала Грауэл. – Они сбежали, оставив своих мертвых. – Она присела. – И добив тяжелораненых.
– Куда они ушли?
Грауэл показала. Марика взглянула на Архдвер, на этот раз не пытаясь бросить ей вызов. Пожилая силта зловеще оскалилась.
– Как давно они сбежали?
– Самое большее десять минут назад, – ответила Грауэл.
– Мы оставили свои вещи, – сказала дальночующая. – Можем их потерять.
