Вожака торговцев, рядом с которым Марике было столь не по себе, звали Багнел. Некоторые сестры его знали – ему и раньше доводилось выступать от имени своей крепости. Хотя Марика не помнила, чтобы ей случалось видеть его где-либо еще, кроме той лесной поляны.
Еще один урок: не упускай ничего из виду. В последнее время никогда не было заранее известно, что может оказаться важным, а что нет.
Именно благодаря опыту общения с силтами Багнел стал предводителем отряда.
– Из Критцы нас вышло семеро, – сказал он. – Я и еще шесть самых сильных лучших бойцов. Кочевники сразу же нас почуяли, хотя мы последовали вашему примеру и шли ночью. Четверо наших свалились по пути от усталости и попали в лапы дикарей. Мы не могли остановиться, чтобы им помочь.
Горри отпустила язвительную реплику в адрес самцов, но никто не обратил на нее внимания. Багнел оказался достаточно умен, чтобы с первых же слов дать понять: Акард перед ним в долгу и принесенное известие стоит жизней четверых его собратьев.
– Продолжай, – велела старшая. – Горри, держи себя в лапах.
Марику, которая, как и полагалось, стояла позади наставницы, озадачило чье-то замечание: «Похоже, старуха Горри выживает из ума». То был намек, что вскоре Горри перестанут воспринимать всерьез. Хотя Марика и ненавидела ее по-черному, ей вдруг стало жаль старую мету.
– Путь занял два дня…
– Это несущественно, – прервала старшая. – Если принесенные вами новости чего-то стоят – мы будем перед вами в долгу. Мы здесь не для того, чтобы торговаться. Говори прямо.
– Хорошо. Четыре дня назад кочевники снова атаковали Критцу. Мы прогнали их, как и раньше, но на этот раз нам пришлось нелегко. У них появилось много современного оружия, и мы понесли немалые потери. Усовершенствовалась и их тактика. Окажись их больше, крепость бы пала.
Старшая нетерпеливо переступила с ноги на ногу, но позволила Багнелу высказаться. Силты обеспокоенно переглядывались и приглушенно перешептывались. Марика почувствовала, как шерсть на спине встала дыбом, хотя она не вполне понимала, о чем речь.
Багнел, рассказывая, несколько раз бросил взгляд на Марику, отчего она чувствовала себя еще более неуютно.
– Мы захватили пленников, – продолжал Багнел. – В том числе несколько высокопоставленных охотниц. Допросив их, мы выяснили кое-что интересное. И самое главное для здешнего сестринства – мы раскрыли план нападения на Акард.
Послышался удивленный ропот. Нападение на Акард? Дикари? Это – нелепая шутка. Кочевников попросту перебьют всех до единого!
– Одна пленница участвовала в составлении плана, и мы узнали все известные ей подробности. – Багнел достал из-под дохи толстый сверток из шкур и, развернув его, извлек пачку бумаг. – Старейшина распорядился передать вам копию ее показаний. – Он протянул бумаги старшей.
– Похоже, вы чересчур серьезно к этому отнеслись, – сказала старшая Кеник. – Здесь нам не грозит опасность со стороны дикарей, не важно, явятся они поодиночке или целыми ордами с севера.
– Это не так, старшая. И именно потому мы рискнули семью бойцами, крайне необходимыми в Критце. Кочевники не только обзавелись современным оружием, но еще и убеждены, что могут противостоять любым вашим силам. У них есть как силты, так и верлены, которые готовы атаковать. Так сообщила пленница. Вряд ли к тому времени она была способна хоть что-то сочинять.
Взгляд Багнела снова упал на Марику. К своему замешательству, она обнаружила, что не может посмотреть ему в глаза.
Судя по возбуждению силт, описанное Багнелом было вполне возможно. Сестры крайне встревожились. Марика слышала не раз повторенное шепотом имя «Серке», часто сопровождавшееся ругательством.
Старшая Кеник трижды ударила о пол посохом – в знак своей власти. В зале наступила полная тишина.
– Я требую порядка, – объявила старшая. – Порядка. Мы что, скандалистки из стойбищ?
Она взялась за бумаги, которые принесли торговцы. По мере того как она читала, зубы ее все больше обнажались в оскале. В глазах пылала черная ярость.
Наконец она подняла взгляд:
– Ты прав, торговец. То, что они предлагают, чудовищно, но вполне возможно – если им удастся застичь нас врасплох. Ты принес крайне важное известие, и мы перед тобой в огромном долгу. А Рюгге не забывают долгов.
Багнел изобразил надлежащий благодарственно-почтительный жест, который, как подозревала Марика, был скорее проявлением дипломатии, чем искренности.
– Если таковы истинные чувства старшей Акарда, старейшина Критцы хотел бы обратиться с небольшой просьбой.
– Говори.
– Имеется точно такой же план захвата Критцы. И он сработает, даже если будет нам известен. Если только…
– Ах вот как. Значит, ты принес мрачные новости вовсе не из любви к нам. – В голосе старшей прозвучал едва заметный сарказм.
Посланник остался невозмутим:
– Старейшина предполагает, что в интересах Рюгге оказать поддержку хотя бы еще одному оплоту цивилизации в Понате.
– Может, и так. А может, и нет. К делу, торговец.
