Смущение заменило страх. Я прикрыла своими руками грудь — не то, чтобы у меня было что скрывать, но все же. Я повернулась спиной к нему и схватила махровый халат. Он был все еще влажный после душа, но я все равно накинула его. Я подошла к окну и открыла его.
"Что ты здесь делаешь?"
Даниэль балансировал на покатой крыше за моим окном. "Я обещал, что мы поговорим". Он уставился на меня сквозь тонкую москитную сетку. "Я могу войти?"
Мои руки и грудь окатило жаром. Уверена, что я стала такого же цвета, как мой розовый лифчик. Я плотнее запахнула халат. "Я… Я не могу впустить тебя".
Мама не заставила меня обещать, но я чувствовала, что должна уважать ее пожелания не приглашать Даниэля войти в дом. Это было самое меньшее, что я могла для нее сейчас сделать.
"Тогда ты выйди". Легким движение руки он вытолкнул москитную сетку из моего окна. "Давай". Он потянулся за мной через оконную раму.
Прежде, чем я смогла даже подумать, я протянула свою руку. Он вытащил меня наружу, в свои объятия. Он подтянул меня к себе, и завел свои пальцы за пояс халата, за моей спиной.
"Я думала, что ты ушел," прошептала я.
"Обещание есть обещание". Его дыхание грело мои влажные волосы. Он схватил мои руки и опустил рядом с собой на узкий карниз крыши. Он был в джинсах и в красно- черном пальто, которое я ему дала. У него не было его с собой, когда он появился у нас на обеде.
Моя одежда не была столь же теплой, как пальто, и мои ноги были голыми, но я не возражала. "Я рада, что ты вернулся".
Даниэль улыбнулся. Это была почти гримаса, улыбка — причиняла боль. Только сейчас я заметила, в тусклом свете от моей спальни, пурпурно-зеленый синяк на его скуле.
"У тебя синяк". Я коснулась его лица.
Он прижал свою щеку к моей руке.
"Мне жаль. Тебе больно из-за меня. Это я придумала эту дурацкую историю про ручей. Это из-за меня Джуд…"
"Не сожалей. Ни одно из этого никогда не было твоей виной". Даниэль положил свою руку на мою. "Сейчас я буду в порядке".
Он закрыл свои глаза и прижал мою перевязанную руку к своей скуле. Его кожа стала теплее от моего прикосновения. Моя ладонь начала потеть. Его кожа вспыхнула с еще большим жаром. Словно его внутренний огонь хотел сжечь меня дотла. Даниэль опустил свою руку, и я убрала свою.
Его кожа на скуле была чистой. Никаких синяков и ушибов.
"Ты действительно — супергерой," прошептала я.
Даниэль прислонился к дому. Его ноги свисали с крыши. "Даже и близко к нему не отношусь".
"Как ты можешь такое говорить? Я видела, что ты можешь делать. Ты можешь помогать людям. И ты спас Джеймса". Я потерла свою травмированную руку. Моя рука и ноги пульсировали, у меня болело все. Умение излечивать себя, была бы сейчас как нельзя кстати. "Мне жаль, что я не умею делать такие вещи, как ты".
Он сжал свои пальцы вокруг своего каменного кулона. "Тебе не понравятся побочные эффекты".
"Ты шутишь? Я бы все сделала, чтобы стать такой, как ты".
"Нет". Даниэль посмотрел на меня. Его глаза вспыхнули с той голодной вспышкой.
Испуганная дрожь промчалась через мое тело. Часть меня хотела подняться назад в мою комнату и закрыть окно. Но большинство из меня хотело, чтобы он взял меня на руки и убежал от всего и всех.
"Ты такая, как есть, уже являешься особенной," сказал Даниэль, и погладил мою руку.
"Даниэль, я…"
Даниэль вздрогнул и отодвинулся. Он сжимал черный кулон и что-то бормотал, но я не могла разобрать из-за его резкого дыхания.
"Ты в порядке?" Я протянула к нему свою руку.
"Пожалуйста, не надо". Он проигнорировал мое прикосновение и отодвинулся к стене дома. Даниэль подтянул свои ноги к груди, как будто создавая барьер между нами. Его тело дрожало. Он закрыл свои глаза, и тяжело дышал.
Его дрожь прекратилась, но он все еще крепко сжимал свой кулон.
"Это — то, что дает тебе твои… способности? Кулон?"
Даниэль не открывал глаза. "Нет".
"Тогда, как? Что?"
Он выдохнул сквозь зубы. "Я должен оставить тебя".
"Но я хочу все знать".
"Я сожалею, Грэйси, я действительно должен идти".
Я сложила свои руки. "Ты не выйдешь из этого так легко. Обещание есть обещание, помнишь," сказала я голосом «властная Грэйс».
Даниэль остановился, и краешки его губ чуть тронула легкая улыбка. "Ты понятия не имеешь, что ты со мной делаешь".
Я покраснела, но я не собиралась позволять ему отвлекать меня. "Это — то, почему ты уехал из города? Или это случило с тобой в то время, когда тебя не было здесь? Как ты стал таким, кто ты? Скажи мне, пожалуйста".
"Ничего со мной не случилось. Не совсем так. Я думаю, что ты должна бы знать, что я родился таким".
"Я не помню, чтобы ты был… такой". Но затем я вспомнила все те времена, когда мы были детьми, как у него, казалось, были ушибы утром, которые проходили к обеду, или хромота, которая загадочно исчезала. Я вспомнила, как был сбит с толку, доктор Даниэля, когда его перелом черепа зажил в течение недель, а не месяцев.
"Это развивается с возрастом… и опытом".
"Суперсилы немного более интенсивны, чем волосы подмышками и прыщи," сказала я.
