- Все это перекликается с "Элегией Вершины", эсХу'ур... В этой древней поэме Светлое Крыло был пленен эсГа'у и был заточен им в пещеру за Горами Ночи. эсГа'у хотел с помощью этого навсегда повелевать миром.
Слушая Хиоса, Марэ понимающе кивнул.
- Но эсГа 'у не может постичь всей мудрости эсЛи. ЭсЛи знает, что и Светлое Крыло, и Темное Крыло являются частью Сущего Мира и что один не может существовать без другого. Поэтому, несмотря на то, что они антагонисты, Темное Крыло вернет Светлое Крыло из заточения, и Мир изменится.
Когда великий герой Цю'у отправился на поиски плененного Светлого Крыла, он понял, что у него не хватит сил для его освобождения. Он не смог спасти даже самого себя. Для героя не так просто признать, что вся его храбрость, сила духа и ум не принесут должного результата. Но Цю'у пришлось признать свою беспомощность. Именно его печальная песнь-жалоба и дала название этой поэме, и ее мы сейчас должны повторить.
Верховный Правитель видел вещий сон. В этом сне ты явился к нему и сообщил, что пришло то время, о котором ты сейчас говоришь. Мне было приказано, чтобы, встретив вас, я поприветствовал тебя особым знаком, и, если ты распознаешь его, значит, ты действительно Темное Крыло. Ты распознал этот знак, и теперь я должен признать, что бессилен противостоять тебе. Я бессилен предотвратить крушение цивилизации зоров. Для зоров нет смысла сражаться, если им противостоит Темное Крыло.
И все же Всемогущий эсЛи не оставил нас. Хотя я не могу приказывать тебе, я настаиваю на том, чтобы ты, эсХу'ур, отправился на планету Зор'а и встретился там с Верховным Правителем Ссе'е ХэЙеном. Именно он решает, какое направление полета изберут зоры, а ты сможешь повлиять на его решение.
Только так можно спасти честь нашего народа.
- По-моему, я впервые встретил Томаса Стоуна в 2307 году.
Марэ взял из отсека автоматической кухни графин с фруктовым соком и вновь сел в кресло. Сергей сидел, наклонившись вперед и облокотившись на колени, и внимательно слушал рассказ адмирала. Электронный блокнот адмирала вел запись их беседы.
- Это произошло после инцидента с "Боливаром". Как офицер штаба я был включен в команду по стратегическому планированию адмирала де Сайа и направлен в приграничные районы Империи.
Вы, наверное, знаете, что уже тогда существовал план нападения на базу А'анену, но мирные переговоры на Эфале не позволили осуществить его. Когда я думаю, что нынешняя война могла быть начата и, возможно, выиграна намного раньше, меня охватывает досада.
- Но вы говорили о Стоуне, сэр...
- О Стоуне. Да. Он был довольно неопытным офицером, почти без послужного списка. У него было рекомендательное письмо от коммодора космической базы на Мотхалле, аристократа по фамилии Уиллис. Кроме того, его лично рекомендовал мне мой брат Стефан, командовавший военно-космическим комплексом на Тьюэне. Он был - или казался мне - человеком из низов, самостоятельно сделавшим карьеру и не имевшим влиятельного патрона или связей при дворе.
- Нас таких немало, адмирал.
Марэ заглянул в свою кружку, словно в ней могла оказаться его следующая фраза.
- Я не вкладывал в свои слова никакого уничижительного смысла, Торрихос, а просто хотел описать вам Стоуна. Подобно многим таким офицерам, он имел не лучшие перспективы продвижения по службе. Кроме Yoro, он был патологически скромен и обладал качествами, незаменимыми для хорошего помощника.
- Например, эйдетической памятью.
- Да, это так. У него даже был соответствующий сертификат института в Нью-Чикаго. Но дело не только в этом: работая со мной в группе адмирала де Сайа, он оказывал мне бесценную помощь. Казалось, он угадывал мои мысли. В общем, к началу серьезных мирных переговоров он уже выполнял обязанности моего личного референта.
Вернувшись в штаб после Эфаля, я сумел получить для него капитанскую должность, - адмирал улыбнулся, словно перед его глазами возникла какая-то картина из далекого прошлого. - Тогда мы оба получали половинное жалование и были всего лишь двумя офицерами без особых перспектив. Для меня деньги не были проблемой. Но вместо того, чтобы просто выйти в отставку и заняться семейным бизнесом, я начал проявлять интерес к истории нашего конфликта с зорами.
Цивилизацией зоров я начал заниматься за много лет до этого, еще когда учился в университете. Несколько месяцев спустя после подписания Эфальского мирного договора мы смогли получить дипломатические визы для путешествия в миры зоров по нашу сторону Разлома Антареса. Мы хотели познакомиться с их древними манускриптами и другими культурными памятниками в первоисточнике. Сделать это оказалось не трудно. Хотя война только закончилась, зоры оказались на удивление любезными. Я полагаю, что они терпеливо относились к нашему присутствию, прежде всего, потому, что считали нас не более чем эсХара'у, варварами, невежественными слугами Повелителя Изгоев, которые были неспособны что-то оценить и чему-то научиться. Хотя, зная зоров так, как я знаю их сейчас, я думаю, что они могли считать нас воплощениями Шрну'у ХэГа'у.
- Шрну'у ХэГа'у?
