Как и ожидала Энди, их любовь вспыхнула с первого взгляда, и теперь Джорджина вела благонравную жизнь со своим муженьком, успешным адвокатом, и их рыжеволосыми отпрысками.
— А что сама Кэссиди думает о нашем когда-то любимом Далласе?
—
— О чем ты, черт возьми? Он же был нашим учителем!
— Нашим
— Значит, ты признаешь, что тоже потеряла из-за него голову?
— Я?..
— Не пытайся уверить меня, что с самого начала факультатива не смотрела на него как влюбленная телка, до тех пор, пока он не…
— Сомневаюсь, как ты могла хоть что-то заметить, учитывая, какие на редкость бурные отношения закрутила с Томми. — Понимая, что необходимо как-то увести разговор подальше от опасной темы, Энди добавила: — Я видела его, кстати, на этом родительском уик-энде. Теперь его величают исключительно Томом.
— Серьезно? — Голос подруги взлетел на октаву. — И как он выглядит?
— Ну, скажем так: жизнь, безусловно, потрепала его.
— Жаль, конечно, но ничего не поделаешь, — весело прощебетала Джорджина. — Так что вернемся лучше к твоей школьной любви, к Далласу…
— Джорджина, прекрати! Он же погиб. Это трагедия.
— Я просто помню, как раздумывала, не рассталась ли ты с Йеном, надеясь, что Даллас снизойдет до тебя.
— Вот еще! Просто я тогда решила, что слишком взрослая для него, и меня дико раздражали все эти школьные мальчишеские глупости. — Энди рассмеялась, попутно отметив, что они уже свернули на Портленд-плейс. — Те безумные уроки поэзии породили во мне уверенность в том, что я уже все познала…
— Увы, тогда мы не понимали, как мало знаем, — произнесла Джорджина с не характерной для нее лиричностью.
Они остановились около дома. В юности Энди посмеялась бы, если б ей сказали, что несмотря на то, что она выросла в Беверли-Хиллз, ее взрослая личность будет благоговеть перед величием и красотой особняка, построенного из известняка в начале прошлого века во времена Всемирной выставки[35]. Оказавшись дома, далеко от Гленлейка, она испытала облегчение. Прямо противоположное тому, что испытывала здесь в юности.
— Жаль, что Сильви выпала из нашего круга общения.
— Вернее, ты еще не смогла выяснить номер ее телефона?
— Можно и так сказать, — Джорджина лукаво улыбнулась. — Такой интересной историей не терпится поделиться. Учитывая все те наши безумные версии его исчезновения, просто не верится, что он все эти годы оставался практически в Гленлейке!
Когда подруга наконец разблокировала дверцы машины, Энди пересказала, о чем беседовала во время матча по стикболу с миссис Генри, своей любимой учительницей, присматривавшей также за порядком в их общежитии. Ей единственной удалось в какой-то мере заполнить дыру, образовавшуюся в душе после ухода мамы. Теперь, достигнув почтенного возраста, миссис Генри стала заботливой, как бабушка, завкафедрой английского языка.
«Понимаю, что это прозвучит жестоко, — со вздохом призналась миссис Генри, — но нас, помню, совершенно не волновало, куда сбежал Даллас и где продолжил свою жизнь, поэтому, на мой взгляд, странно, что сейчас по этому поводу устроили такой ажиотаж. Заезжие писатели, разумеется, нужны школе, но они всегда приносили больше проблем, чем пользы».
— С возвращением! — воскликнула Биз, приветствуя Энди костлявым вялым объятием. Энди давно привыкла к нему и считала равноценным жарким объятиям своих пышногрудых еврейских родственниц.
Биз и Джорджина вежливо обменялись воздушными поцелуями и еще более эфемерными объятиями, а Расти, любимчик семьи — уже достигший средних собачьих лет ирландский сеттер, — слегка напугал Энди, принявшись облизывать ее пальцы, пока она, опомнившись, не подняла руку.
— Как я рада вас видеть, — прощебетали практически в унисон Биз и Джорджина, завершив фразу ожидаемыми замечаниями: — Вы отлично выглядите.
— Как любезно, что вы привезли Энди из аэропорта, — продолжила Биз, пригладив свои шелковистые седые волосы, словно подкрепляя этим жестом традиционную вежливую фразу. — Я заказала пиццу в очаровательной пекарне недалеко от проспекта Евклида, и ее как раз только что доставили. Джорджина, вы же останетесь на ланч?
Энди знала, что свекровь на самом деле сделала приглашение чисто формально. Ее заказов обычно с трудом хватало на домочадцев, не говоря уже о гостях, однако, будучи благовоспитанной дамой, она неизменно приглашала всех остаться.
— Звучит соблазнительно, но у меня полный багажник одежды. Мне надо срочно отвезти ее клиентке, — мило ответила Джорджина, также достаточно хорошо воспитанная, чтобы не помышлять навязываться в гости.
