Мидори, попросившая встречи у Мира Грома, вошла в каюту. После обычных приветствий она села напротив командира и внимательно взглянула ему в глаза.
— Я пришла сказать, Мир, — неожиданно она назвала его первым именем, — что вы правильно поступили. Более того, ваше решение было предопределено. Как когда — то говорили, предопределено свыше.
— Кем или чем? — ничуть не удивившись, задумчиво спросил Мир.
— Кармой.
— Карма — главное проклятие нашего мироздания, — грустно сказал Мир.
— Да! — чуть повысив голос, согласилась Мидори. — Но если она не убивает, то делает сильнее.
В глазах командира появился интерес.
— Вы с Эдной, приняв такое решение, стали другими. Думаю, что вы стали лучше.
— С Эдной? — с некоторым удивлением спросил командир.
— С Эдной.
Мир долго молчал.
— Пожалуй, соглашусь, — сказал он. — Но что это означает?
— У вас впереди, как и во многих прошлых жизнях, долгая дорога друг к другу Это не значит, что вы сможете её пройти в этой жизни, но рано или поздно вы друг друга вернёте. Пойми, Мир, — перейдя на «ты», добавила Мидори, — вы другие, и вам предстоит долгое познание и себя, и друг друга. Но, наверное, так нужно. Земле предстоит пережить чудовищные испытания в истории, и, наверное, вы нужны ей такими.
— Немного утешает, — тихо сказал Мир.
— Дальше будет легче.
Оба замолчали.
— Есть ещё одна тонкость, Мир, — продолжила Мидори, — если бы ты уничтожил «Скрывающихся», вероятность выжить у Земли намного бы уменьшилась. — И отвечая на удивлённый взгляд, продолжила: — Вин Карт очень усилил позиции в общественном мнении после ухода «Аристона». Если бы вы вернулись «со славой» убийц целого народа, очень многие земляне не поняли бы вас. Века благополучной жизни расслабили людей, и им труднее, чем раньше, осознать, что иногда возникает беспощадная необходимость. Поэтому так важно было на Ириде не сделать ничего лишнего.
— Почему ты не говорила об этом раньше? — удивлённо спросил Мир.
— Можно, я не буду отвечать? — попросила Мидори.
— Можно, — согласился Мир.
— Наверное, было бы лучше, — тихо сказала Мидори, — если бы Эра вернулась на Землю, но она нужна на Ириде. Думаю, вы расстаётесь навсегда. Рядом с тобой встанет Сандра. И, похоже, так будет лучше. Хотя… Кто знает?
— Что знает? — пристально глядя, спросил Мир.
Мидори ответила таким же долгим пристальным взглядом.
— У всех мальчиков, — тихо сказала она, — есть общая черта, они однажды, вдруг, становятся мужчинами. Именно однажды и именно вдруг. Но у некоторых это затягивается на многие тысячи лет.
— Мне всегда нравилось старое стихотворение, — так же тихо сказал Мир:
— Повзрослеть — значит усыпить безвозвратно Кундалини, — сказала Мидори. — Но у тебя по — другому, Мир, — добавила она. — Когда взрослеют так долго, всё наоборот. Кундалини проснулась по — настоящему.
Мидори встала, кивнула на прощание и вышла из каюты.
Оба звездолёта, «Аристон» и «Мерцающий», ложились на курс к Земле. На Ириде слишком опасно было оставлять боевой звездолёт. Экипаж «Мерцающего» улетал с землянами из тех же соображений.
Позади осталось прощание с Иридой, вернее, с Иридами, планетой и её фактической правительницей, с иридианами, с Мидори и её командой. На Ириде остался и Даг Лорин, считавший, что он ещё не приступил к изучению Закона предварительного преодоления обстоятельств и феноменальных существ в пещерах.
Эдна уже не ждала новостей и готовилась к погружению в гипнотический сон, когда на запястье внезапно ожил браслет коммуникатора — звонила Сандра.
Сандра, не скрывая волнения, вошла в каюту в свойственной импульсивной манере, не стала садиться, а несколько раз прошлась по ней. Было видно — она изо всех сил пытается сообразить, с чего начать. Наконец, махнув рукой, заговорила сбивчиво:
— Мы провели тщательную генетическую экспертизу тел корнов и орнов. Мы не обнаружили ничего необычного. — Сандра опустила голову, обдумывая следующие слова.
— Эдна, — продолжила она, — мы не сделали генетическую экспертизу руки, которую нашли Эра и Мидори. В этом не было необходимости. Сейчас же я почему — то решила её сделать.
— Ну, что же, — помогая ей, заговорила Эдна, — что удивительного в геноме руки?