— Кое-что нам известно, — не слишком уверенно произнес разведчик, и эта его неуверенность не ускользнула от внимания Богданова, а также и от внимания всех остальных спецназовцев.
— И что же именно вам известно? — спросил он. — Мы хотим знать все подробности, вплоть до самых незначительных мелочей.
— Нам доподлинно известно, что буквально вчера в Венесуэлу из США отбыла группа неких подозрительных личностей, — сказал разведчик. — Примерный состав — двадцать человек. Отбыли они туда на самолете под видом моряков, которые должны доставить в Новый Орлеан грузовое судно. Это судно долго находилось в порту Каракаса на ремонте. На днях оно якобы было отремонтировано, и вот — его нужно сопроводить в Америку.
— Вы сказали — подозрительные личности. Почему вы считаете их подозрительными? — спросил Дубко.
— По нашим данным, некоторые из них в прошлом являлись боевиками венесуэльского наркокартеля, — ответил разведчик. — Венесуэльского и кубинского…
— Вот как, даже кубинского? — хмыкнул Дубко.
— Именно так, — подтвердил разведчик. — Логично предположить, что и остальные из этой двадцатки — также бывшие боевики. Этакая сплоченная команда, где все друг друга знают хорошо и давно.
— Да, пожалуй, — сказал Богданов. — Вряд ли в такую поездку отправится всякий разношерстный сброд, набранный в портовых кабаках. Ладно, принимаем к сведению. Что-то есть еще?
— Есть, — сказал разведчик. — Еще в Каракас отправились два очень интересных персонажа. Причем не с остальной командой, а отдельным рейсом.
— И чем же эти персонажи интересны? — спросил Дубко.
— Мы навели о них подробные справки. Это бывшие главари венесуэльской и кубинской мафии, изгнанные в свое время из Венесуэлы и Кубы.
— Ух ты! — присвистнул Малой. — Надо же! Бывшие главари! Выползли из сундуков, стряхнули с себя нафталин и прямым ходом — в Венесуэлу! Интересный получается расклад!
— Что вам о них известно? — спросил Богданов.
— До последнего времени мы ими не интересовались, — ответил разведчик. — Мы знали, что они обосновались в Соединенных Штатах. Но никакой активности они не проявляли, так что мы даже доподлинно не знали, живы ли они. Оказалось, что живы… Бывшего главу кубинской мафии зовут Паррандеро, а главу венесуэльской мафии — Грис Гато. Разумеется, это прозвища.
— Тю! — скривился Малой. — Прозвища — как у третьесортных уголовников! А еще мафиози! Главари, понимаешь ли!
— Как их зовут в настоящее время, мы не знаем, — добавил разведчик. — И под какими именами они отправились в Венесуэлу, тоже не знаем. К сожалению…
— Ну, не стоит сожалеть, — сказал Богданов. — Их имена — это не так и важно. Тем более что это вымышленные имена.
— К тому же, — добавил Казаченок, — таких имен у них может быть сразу несколько. Сегодня — одно, завтра — другое. Равно как и документов. Обыкновенное дело. Классическое.
— Вот именно, — согласился Богданов. — Мы слушаем вас дальше.
— А дальше нам сказать нечего, — ответил разведчик. — Дальше одни лишь предположения.
— То есть вы хотите сказать, что не знаете даже их примет? — уточнил Дубко.
— Приметы — вещь ненадежная, — ответил на это кубинский разведчик. — Во-первых, с той поры, как их изгнали из Кубы и Венесуэлы, прошло немало времени. Наши персонажи постарели, а значит, изменились. Ну а во-вторых, изменить внешность можно и искусственным путем, причем по ходу действия. Меняй сколько угодно, хоть три раза в день. Мафиози в этом деле большие специалисты. Так что приметы мало что нам дадут.
— Пожалуй, что так, — согласился Богданов. — Ну а венесуэльскую разведку вы поставили в известность?
— Да, конечно, — ответил разведчик. — И даже договорились с ней о взаимном обмене информацией. Но пока никакой информации от них не поступало.
— Чего и следовало ожидать, — буркнул Богданов. — Что еще вы можете нам сказать?
— Пока ничего, — ответил разведчик. — Но, разумеется, мы будем делиться с вами любой новой информацией, как только она к нам поступит.
— И на том спасибо! — вполголоса, чтобы не слышали разведчики, прошептал Малой.
— Умолкни, егоза! — урезонил его Терко. — Не видишь, люди стараются.
— Как не видеть? — ухмыльнулся Малой. — Прекрасно вижу. И слышу. И понимаю.
— Вот и утихни!
— Нам нужно посовещаться. — Богданов взглянул на Эктора Эрреро: — В узком кругу.
Эктор сказал что-то по-испански двум разведчикам, и они тотчас же вышли. Вслед за ними вышел и Эрреро.
— Да, дела, — сказал Георгий Малой, когда за ними захлопнулась дверь. — Все это очень похоже на мою любимую игру детства. Называется — жмурки. Тебе завязывают глаза, и ты должен кого-то поймать…
— А ты что же, ожидал чего-то другого? — спросил Геннадий Рябов. — Ковровую дорожку с перильцами, поводыря за ручку, чью-нибудь подсказку? Все как и всегда…
— Да я ничего, — смутился Малой. — Я понимаю… Просто обозначаю приоритеты.
— Эти самые приоритеты мы видим и без твоих подсказок, — сказал Дубко. — Ладно, давайте по существу. Командир, кто будет говорить?
— Вот ты и говори, раз уж начал, — предложил Богданов.
