– Сейчас. Мне нужно полное подчинение, Витэлия. Сейчас же.
Анджело перевернул планшет, показывая, как машина Теодоро и Вито движется по границе в сторону Чайнатаун. Страх все же настиг меня.
– Однажды паук запутается в своей паутине и задохнется, – прошипела я, бросая обратно пистолет.
– Добро пожаловать в семью, – последнее, что я увидела на его лице улыбку, пока быстрым шагом удалялась прочь.
– Мистер Ринальди, чем обязан вашему столь неожиданному появлению? – капитан Юго-Западного дивизиона вальяжно сидел за своим рабочим местом, сложив руки в замок. – Если память мне не изменяет, то в нынешних реалиях у вашей семьи все хорошо.
Каждая собака Лос-Анджелеса была в курсе случая пятилетней давности, связанного с нашей семьей.
– Хотел обсудить некоторые недопонимания, а именно вчерашний инцидент, – напомнил я, взяв чашку кофе, которую мне любезно предложили.
– Думаете, у меня есть много свободного времени? – усмехнулся он, давая понять, что это больше его не интересует.
– Вы желаете крови на своих руках?
– А вы угрожаете правоохранительным органам? – его бровь взлетела вверх.
– Именно. Вспомните, кому вы присягнули в верности, и начните выполнять свои прямые обязанности, – мой тон был достаточно спокойным.
Его пальцы скользнули под стол. Видимо, там была кнопка для записи нашего разговора, странно, что он вспомнил про нее только сейчас. Отодвигая ткань пиджака, доставая конверт с фотографиями, бросая на стол. Мужчина нервно сглотнул, вытаскивая руки из-под стола. Мягкость не в моей крови, я довольно жесток, а семья – сильный рычаг в отношении любого противника. Даже в отношении меня это работало.
Вито отлично отыграл свою роль, прикинувшись доставщиком пиццы, навестив семью детектива, сделав мне пару интересных фотографий.
– Очень смелое заявление, мистер Ринальди, но мне не совсем понятно, что вы хотите этим сказать? Ваш партнер…
– Мы не партнеры и далеко не друзья, семья Волларо кое-что украло у меня. И мне бы хотелось, чтобы вы тщательно провели расследование в этом деле, – все, что мне требовалось, навести максимальный беспорядок, активировав соседние подразделения.
– Тогда вы должны понимать, что я не Бог, если мое начальство примет решение о закрытии дела, – он перебирал фотографии, путаясь в мыслях, которые беспокоили голову. – Я говорю о том… У семьи Волларо есть некоторые завязки с людьми выше моих полномочий.
Я поднялся с места, засунув руки в карманы брюк. Мне было неинтересно, что мямлил этот продажный пес, мне нужно было, чтобы он провел допрос со всеми вытекающими и узнал, в каком состоянии Витэлия.
– Тогда в ваших же интересах убедить их, чтобы они провели дополнительное расследование, – я положил фотографию Витэлии перед ним. – Очень дорогое, помните?
Направляясь к двери, за которой меня ждал Алонзо вместе с другими сержантами, что сверлили в нем дыру, как только мы появились в здании. Лос-Анджелес был весьма негостеприимным городом.
– Сколько у меня времени? – окликнув меня, уточнил капитан.
– Я свяжусь с вами вечером.
Алонзо оторвался от окна, в которое смотрел, сложив руки за спину. Так было проще всего следить за отражением лиц всех сотрудников, находящихся в кабинете.
Мы молча вышли на улицу и сели в машину, и когда не было лишних ушей, он наконец спросил:
– Он согласился?
– У него не получится надавить на капитанов, он один из тех, кто приносит достойную прибыль буквально с воздуха, – потирая подбородок, выезжая с территории. – Брентвуд считается одним из самых дорогих кварталов Лос-Анджелеса, кишащий звездами.
– Все, что нам нужно, это столкнуть лбами, все остальное не наша забота, – ответил Алонзо, надевая очки. – Бернардо прикрывается бизнесом, предоставляя голливудским звездам лучшую охрану. Агентство «Белых псов» – самое популярное в штате Калифорния и за его пределами.
– Собакам место в клетке, – выплюнул я, прибавляя скорость. – Я хочу, чтобы Лос-Анджелес горел, мне плевать, каким образом.
– Западный Голливуд может создать нам дополнительные проблемы, – напомнил Алонзо про русскую мафию.
– Или сыграть нам на руку, в любом случае хаос.
Лос-Анджелес по-прежнему не принадлежал полностью ни к одной организации, каждый год они возводили новые границы, и только благодаря старшему брату Марко Каморра осталась в выигрыше, заручившись поддержкой Триады, но ни одна, ни другая организация не желали связываться с Братвой.
– Скоро лето, студенты заполнят пляжи Малибу, люди со всех штатов захотят посетить самые шумные клубы, – намекая мне, что я могу потревожить прибыль.
– Даже если так произойдет, мы покроем все причиненные неудобства, – сжав крепче руль.
– Делай, что требуется, – внезапно сказал Павези. – Семья Конделло всегда шла против течения, и именно поэтому они из поколения в поколении занимают место круглого стола.
– Погибнет много людей, – предупредил я, будто Алонзо не понимал этого.
Он даже улыбнулся, издавая приглушенный горловой смех, а затем развернул голову в мою сторону.
– Умереть может каждый из нас. Вопрос в другом, готов ли ты хоронить своих людей?