– С недавних пор я понял, что испытываю слабость к тебе, vendetta, – он провел костяшками пальцев по щеке. – И мне это не нравится. Но когда ты так близко, – взяв мое запястье, прислонив ладонь к своей каменной груди, я ощутила, как сильно бьется сердце. – Ты разжигаешь в моей душе огонь.
Я пыталась уловить хоть каплю лжи в его словах, пыталась найти подвох, но все указывало на то, что это сумасшедшая правда. Он отошел от меня, давая немного пространства, но как будто после признания место на подземной парковке становилось все меньше, будто банку закрыли, и у меня кончался кислород.
– Что насчет моих чувств? – я растерялась, мне было сложно собраться с мыслями.
– Ндрангета любит браки по договоренности, исходя из личной выгоды, сформированных локале. Кристиано ничем не отличается от других, он просто увидел возможность.
– Я не буду обсуждать с тобой эту тему, – дернув ручку двери, забираясь в салон автомобиля. – То, что ты хочешь взять силой, он завоевал любовью.
Захлопнув громко дверь, я сидела, пытаясь унять дрожь в сердце, ковыряя заусенец на пальце. Следующий час мы молча ехали, пока я не задремала, проснувшись от скрипа тормозных колодок.
Пятиэтажное здание с небольшими балконами и скромным интерьером внутри. Отделка требовала свежего ремонта, но несмотря на скромность жизни, дом был наполнен куда большим уютом, чем большинство дорогих особняков.
Мы поднялись до четвертого этажа, Марко постучал, дверь слегка приоткрылась. Женский силуэт показался в проеме, уровень тревоге заставил меня окончательно проснуться. Она пленница? Первое, что пришло мне в голову.
Когда дверь полностью открылась, я застыла на месте ровно, как и девушка, стоящая по ту сторону квартиры, заметив меня. Ее руки были скрещены, а взгляд озадаченно метался от меня к Марко, который ворвался к ней ранним утром.
– Что случилось? – спросила наконец-то девушка.
Из глубины квартиры донесся детский плач, не дождавшись ответа, она убежала, оставляя открытой дверь. Меня пробрал озноб, но не из-за холода, скорее мне стало страшно от мыслей, что потоком лезли в голову. Сглотнув, я взглянула на Марко, который придерживал дверь, указывая мне на вход.
– Начнем с доверия, vendetta?
Я сидела на маленьком бордовом диване с чашкой горячего чая, уставившись на Марко, что сидел напротив меня в кресле-качалке с младенцем на руках. Его тело было таким огромным в сравнении с маленьким человеком, который еще не понимал мир и видел только прекрасное в каждом новом человеке. Малыш громко причмокивал, вцепившись в его руку, которая удерживала бутылку с питанием.
Что происходит? Как человек, который перегрызает глотки, может быть таким трепетным и нежным на руках с младенцем?
Моргнув, я прислонилась губами к краю чашки, продолжая смотреть. Может быть, я сошла с ума и мне мерещится?
– Он всегда успокаивается, когда Марко рядом, – бархатный голос девушки заставил меня отвлечься. – Меня зовут Грейс.
Протянув мне тарелку с бутербродами, девушка натянуто улыбнулась.
– Витэлия, – забирая тарелку, поставив на свои колени.
Грейс выглядела уставшей и поникшей, несмотря на то, что внешне она была похожа на модель какой-нибудь премиальной сетки уходовых средств. Стройное телосложение, ярко выраженные глаза, высокие, подтянутые скулы, аккуратный маленький нос и слегка острый подбородок.
– Грейс жена Рензо, моего брата, – уточнил наконец Марко, посмотрев на меня. – Отец не знает, поэтому…
Он замолчал, и Грейс с тоской улыбнулась ему, а мое негодование сменилось сожалением к девушке, что осталась одна с маленьким ребенком, который лишился отца.
– Ты меня отпустишь, если я пообещаю не рассказывать ваш секрет Бернардо? – Грейс помрачнела.
– Ты не расскажешь, -уверенный,что я не смогу шантажировать его собственным племянником. – Потому что в той же ситуации.
Наглый психопат! Закатив глаза, я, нервно откусив кусок от бутерброда.
– Вы похитили ее? – глаза Грейс округлились. – Марко, ты обещал ему.
Шея девушки покрылась красными пятнами от волнения, она зажала переносицу, прикрывая глаза, чтобы принять информацию.
– Поэтому она тут, – он встал, передавая ребенка матери. – Кто-то заинтересовался проблемами, который создал ее бывший.
Я подавилась от услышанного, быстро запивая чаем, чтобы проглотить камень, что застрял в моем горле.
– Я практически не выхожу из дома Марко, но это уже слишком. Что, если нас найдут раньше, чем кто-то из вас окажется рядом?
– Ничего не случится, охраны более чем достаточно, – он коснулся плеча девушки, приободрил ее. – Чего ты боишься?
Грейс пожала плечами, удерживая сына на руках, пока тот был занят ее длинными светлыми волосами.
– Может, я просто устала, – она подняла глаза на Марко, в которых заблестели слезы.
Слезы боли, усталости и отвращения к жизни. Я ощущала, как девушка несла траур и продолжала цепляться за жизнь наперекор обстоятельствам, ради ребенка.
Плита зашипела, и содержимое кастрюли стало выливаться наружу. Марко в несколько шагов преодолел расстояние, выключая газ. Все было настолько крохотных размеров или это Марко был слишком огромный?