В комнату вошли Милена, Рафаэль и еще несколько людей с белыми татуировками на лице.
— Сейчас начнем веселье или позже? — спросил Волков у Евы.
— В этот раз не получится по тихому слиться? — прошептала девушка.
В ответ он помотал головой.
— Не успел прикончить очередную жертву? — скривив губы, произнесла Милена. — Заканчивай бегать, в догонялки играть я больше не намерена.
— Разве я убегал? Барбатос дал мне задание и я веду расследование. Кстати, где твои маленькие шпионы? Ни одного не видел вынюхивающим мои следы.
— Я знаю, что ты убийца! Ты пытался их перевоспитывать и оба они сорвались. У тебя есть причина их ненавидеть.
Демонша хотела наброситься на него, но Рафаэль ее остановил, схватив за локти.
— Если ты его убьешь, тебя саму под суд отдадут, — предупредил ее церковник.
— Виктор тебя бросил, а срываешься на мне. Это несправедливо, — съязвил Волков.
— Я его все равно убью!
Милена отрастила длинные когти, но Рафаэль продолжал ее удерживать. Тогда от нее оторвалась тень и побежала на Волкова. Огоньки свечей заколыхались от ее движения. Тень разрослась, хотела обхватить Марка, но возникший полупрозрачный барьер не позволил ей приблизиться к нему.
— Угомонишь уже, — громче произнес церковник.
Тень вернулась к Милене, прилипнув к подошве туфлей.
— Я предлагаю, Марк, сдаться и поехать в церковь, — сказал Рафаэль. Милена ещё злилась, но уже перестала нападать и он ее отпустил.
— А другой вариант есть? — поинтересовался Волков. Настроя он не терял и выглядел уверенным.
Из толпы людей вышла девушка. Одета она тоже была в темные одежды. Церковница привлекала внимание своей внешностью: белые брови и волосы, угловатое лицо и худое тело. Скелет, при взгляде на который возникал вопрос, а как он ещё существовал.
— Ты можешь пойти со мной, — прошелестела она.
— О нет, Катрина! Ты — самое последнее, что я выберу в этой жизни.
— Но я могу тебе помочь. Инокиня простит тебя.
— Сначала объясни мне, в чем я виноват.
— Я объясню ей и она решит твою судьбу.
— Я бы согласился, если был уверен, что ваша статуя, чей пьедестал вы обиваете, на самом деле что-то решает.
— Ты не веришь???
Белая девушка была искренне удивлена.
— Тот, кто помогает другим, не может позволить себе быть атеистом!
Волков перестал улыбаться и нахмурился.
— Когда-то меня учили, что в церковники набирали людей, с самым добрым сердцем и благими мыслями. Верные последователи Инокини должны были искать попутанные с демонами души и помогать им обрести не только себя, но и покой, смирение. А теперь вы стоите напротив меня, по одну сторону с искусителями! И говорите, что я грешник! С теми ли вы решили заключить сделку?
— Похоже, ты не понимаешь, Марк.
— Чего же? Церковники спустились в логово к демонам — я видел предостаточно.
— Мы знаем, что ты не просто так здесь находишься. Тебя оставили следить за порядком. Чуть случаются изменения, как ты звонишь и отчитываешься о происходящем.
— Ты не заинтересован в очищении, — вступил в разговор Рафаэль. — Поэтому мы полагаем, что убийство — это предупреждение, чтобы демоны вели себя как можно тише, ведь за ними тоже могут прийти.
— Глупости, — раздраженно вздохнул Волков.
— Вы собираете бессмертей! — грозно заговорил Рафаэль. — Отдаете им часть темной души! Но у вас не получится ни скрыть свою гордыню, ни злые замыслы. Вы никогда не очиститесь, а поэтому…
— Я запрещаю нефилимам заниматься спиритизмом. — Продолжила Катрина. — Больше никаких созданий физического сосуда для сверхдуш ни за денежное поощрение, ни за благодарность. А что касается бессмертей — я ими тоже займусь. Я заметила, их аура слишком соблазнительна для чернодушников. Вместо того, чтобы стремиться к свету, оба предаются греху. Каждый из нас видит, сколько темной энергии скопилось в бессмерти. Она точно так же грешна, как и ты, Марк.
— А это уже слишком…
В руке у Волкова возник огненный меч. Позади взвизгнул Рактабиджа:
— Оружие! Почему у него не изъяли оружие?!
Но кукольный швейцар не пришел на помощь.
— Ты не посмеешь ее тронуть! — зарычал Рафаэль.
Он выскочил перед Катриной с белым мечом, который также появился будто из воздуха.
— Я не нападаю, а защищаюсь, — с вызовом произнес Волков.
— Достав оружие, ты показал свои намерения, — оскалился церковник.
Ева взглядом осмотрела комнату. Она должна была придумать выход из ситуации, но внезапно поняла, что вместе с музыкой до них доносились и крики.
— Кажется, в клубе что-то происходит, — произнесла Ева.
Все повернули головы в сторону входной двери, кроме Волкова.
— Ложись!
Он успел толкнуть ее до того, как распахнулась дверь. В комнату вальяжно вошел мужчина в длинном черном плаще и с автоматом наперевес.
— Сколько святош! — усмехнулся он. — Давно не виделись!
Церковники тут же достали белые мечи. Вошедший схватил оружие и открыл пальбу на двинувшихся на него людей. Лежа на полу, Ева увидела, как два расстрелянных тела упали, и почувствовала тошноту.
— Детка, не время расслабляться, — шепнул ей Волков.