— Не забывай умелое использование артефакта черной магии, — добавил Кай, но без восхищения Аарона в голосе.
Я скривилась.
— Эм, у меня проблемы из-за этого?
— Конечно, нет, — Эзра взял меня за руку. — Мы похожи на доносчиков?
Я остановилась у машины и посмотрела на него.
— Что дальше?
— Мы спасем Надин от волшебницы, — он криво улыбнулся. — Сейчас.
Кай поджал губы.
— Нам нужна команда побольше, но мы не можем ждать, пока нас догонят ребята, — он вытащил телефон. — Я свяжусь по пути. Надеюсь, поддержка успеет вовремя.
— Так мы сделаем это? — спросила я, в голосе смешались надежда и страх. — Пойдем за Варварой? Правда?
Аарон отпер багажник. Оттуда он вытащил большой меч с кожаной перевязью на темных ножнах. Он тряхнул ремешками и опасно улыбнулся мне.
— Хорошо, что мы подготовились.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Мои большие пальцы летали по клавиатуре на телефоне, отчасти я уделяла внимание словам, отчасти — тому, как вел Аарон. Он смотрел на темную вьющуюся дорогу, обрамленную высокими деревьями.
— Сколько еще, Тори? — спросил он.
Я нажала «отправить» и сверилась с навигатором.
— Похоже, еще полторы улицы.
Милые коттеджи улицы Риверов давно пропали. Я не видела домов за окнами машины, только старые деревья и ухоженные кусты, которые стали непроницаемыми ширмами. Через неровные промежутки дорожки прерывали стены зелени.
Судя по карте, где-то за деревьями был океан. Да, дома тут были у воды. Дорогие дома. Не за миллион долларов, нет. За двадцать миллионов? Пятьдесят? Я не была уверена. И я не хотела знать.
Важно отметить, что, если Варана не хотела брать Надин в полет в аэропорт, проще всего было покинуть страну по воде. Путь Варвары к побегу был близко от дома, и это было умно, хоть мне не нравилось это признавать.
Аарон замедлил машину, проехал еще улицу, свернул на траву рядом с плотной двенадцатифутовой живой изгородью. Конечно же, ухоженной.
— Мы еще не приехали, — сказала я.
— Нам нужно вооружиться. И подбираться проще, если не приехал на машине к входной двери.
Я с неохотой согласилась.
Он выключил двигатель, обернулся, его голубые глаза были необычно серьезными.
— Знаю, я сказал, что мы это сделаем, и так и будет, но мне нужно сначала кое-что спросить.
Я нервничала, и тревога усилилась из-за того, что мы ехали за опасной волшебницей без поддержки, которая могла прибыть только через сорок пять минут.
Аарон прижался предплечьем к рулю.
— Я знаю, что мы втроем не славимся осторожностью, но одно дело рисковать осмысленно, другое — отбрасывать безопасность.
— Когда мы пошли за Призраком, — сказал Кай сзади, — ты подвергла себя большей опасности, чем можно было. И хоть ты не можешь объяснить, как ты сбежала, я подозреваю, что дело было в удаче и сложившихся обстоятельствах.
Я скривилась. Да, это он угадал.
— Ты была так близко, — Аарон поднял указательный и большой пальцы, их разделял дюйм, — к плену или смерти.
Подавляя дрожь, я пыталась думать, чем оправдать себя, но даже в голове все оправдания звучали глупо.
— Ты знала, как это опасно. Знала, что никто от него не возвращался, — Аарон склонился ко мне. — Почему ты пошла с ним?
Я отвела взгляд с его лица, резко освещенного лампой в машине, на Кая на заднем сидении. Эзра сидел за мной, и я не могла его увидеть, так что была избавлена от его щенячьего взгляда, полного тревоги.
— Это казалось единственным вариантом, — я сжала телефон, не могла смотреть им в глаза. — Если бы Призрак ушел, мы потеряли бы шанс спасти Надин.
— Мы? — спросил Кай. — Или ты? Почему ты так хочешь спасти эту девушку?
Я вскинула голову.
— Почему нет? Ей шестнадцать, она одна, родители ее не любят, ее все бросили, она беспомощна, и…
Аарон накрыл мою ладонь своей, подавляя мой пронзительный поток слов.
— Тори, — прошептал он. — Ты точно говоришь о Надин?
— Ч-что?
— Когда ты ушла с Призраком, мы не знали, что родители Надин были козлами. Никто не бросал ее. Она не была нелюбимой. Так нам казалось. Она была беспомощна, но лишь из-за побега.
— Но теперь мы знаем, что…
Он сжал мою ладонь.
— Тори.
Мое горло сжалось. Он был прав. Я пошла с Призраком, думая, что Надин была одна, брошенная и нелюбимая. Но я полагала, что детали базировались не на ее жизни, а на моей.
В шестнадцать
Я так хотела спасти Надин от той судьбы, словно, изменив ее будущее, я могла изменить свое прошлое. Если я спасу ее, спасу и шестнадцатилетнюю себя. Если я спасу ее, призрак прошлой меня простит меня за слабости.
И в этом была проблема, да? Надин не была мной. Она столкнулась с насилием от родителей и жуткой правдой о себе и оставила все это позади. Она добралась до Зака, и тот взял ее под крыло.
А я? Мне не хватило сил сбежать. Брат смог, но я осталась с отцом, позволяя ему уничтожать меня по кусочку. Когда Джастин бросил меня ради полицейской академии, я вернулась к зависимости, живя с родственниками отца. Даже после переезда я цеплялась за знакомое, жила с Джастином, полагалась на него.
