На работе, выкроив время перед встречей с Еремевым, Иосиф Григорьевич принялся штудировать недавно купленную книжку. Автор попытался сформулировать всеобъемлющие выводы, но в итоге получились какие-то квазизаконы и самопальные истины, имевшие ценность ослиного крика.
«Чтобы повлиять на человека, нужно непременно ему понравиться».
«Повлиять на человека можно только силой».
«Жизнь человеческая есть самая главная ценность на земле».
«Люди — это расходный материал».
«Обществу нужна демократия». «Мы строим демократическое общество».
«России нужен царь». «У России свой путь».
«Чем больше доступной информации, тем труднее её народ усваивает».
«Судьба человеческая предуготовлена богом».
«Судьба человеческая детерминирована. От судьбы не уйдешь».
«Судьба человека висит на его собственной шее».
«Поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступили с тобой».
«Поступай с другим так, как он хотел бы поступить с тобой».
«Каждому — своё». «Кесарю — кесарево, слесарю — слесарево».
«Женщины предпочитают мужчин, которые много зарабатывают».
«Деньги тратит на женщину тот, у кого нет других достоинств».
«Женщины робеют перед начальством, подчиняются чужому авторитету, и склонны считать интересы других людей более ценными, чем собственные. Они избегают затрагивать больные вопросы из опасения прослыть склочницами».
«Скандалы, склоки, выяснение отношений — главное оружие женщин».
«Там, где женщина потянет, семь пар буйволов не вытянут».
«Женщине лить слезы так же трудно, как кошке босиком по крышам прыгать».
«У того, кого мы любим, всегда есть власть над нами».
«Шерше ля фам — ищите женщину».
«Послушай женщину и сделай наоборот».
«Хитер не тот, кого считают хитрым, а кого принимают за простака».
«Постоянное общение с узким кругом людей притупляет взаимный интерес».
«Бога нет».
«Нет Бога кроме Бога».
«Истина — в боге».
«Бог в каждом из нас».
«Нет истины кроме истины».
«Истина в отсутствии всяких истин». «Главное жизненное правило — отсутствие всяких правил». «В человеческом обществе работает один закон — закон джунглей».
«Один час правосудия важнее семидесяти лет молитвы».
«Всё говно, кроме мочи».
— Надо же! — воскликнул Иосиф Григорьевич иронично, оторвавшись от чтения. — Какие «мудрые» и «свежие» идеи! От изумления в глазах двоится!
С этими словами был отправлен под стол, под зеленую суконную тряпицу очередной макулатурный опус.
Полчаса, оставшиеся перед встречей с Еремеевым, Иосиф Григорьевич употребил на изучение папки, взятой у майора Галеева. Когда он услышал приближающиеся шаги, канва беседы была уже чётко очерчена.
— Игнат Захарович, моё почтение, — приветствовал он вошедшего адвоката, и первым подал руку.
— Иосиф Григорьевич, — ответил тот и сел на предложенный ему стул.
Отдав дань первым приветствиям, начальник ОБЭП заговорил о жаре, накрывшей город, и о том, что служебные дела вот уже который год не позволяют ему вырваться хотя бы на черноморское побережье, не говоря уже о дальних странах, куда так модно стало ездить.
Оказалось, адвокат Еремеев полностью с этим согласен. У него тоже нет возможности отдохнуть, как следует. Да и дорого всё стало. Конечно, клиенты — обеспеченные люди, но что с того?! Платят много, но все уходит на издержки. Он не привык клянчить дополнительные деньги в оплату своих услуг, а ведь сплошь и рядом возникают форс-мажорные обстоятельства. Приходиться «решать вопросы» с чиновниками, а это все расходы, и немалые. Адвокат ведь — не адвокат, а чисто инкассатор. У одних забрал деньги, другим отвёз. Часто бывает так, что бюджет проекта перекрывает оговоренную изначально сумму. На кармане ничего не остается. Чтобы сохранить репутацию, и не упасть лицом в грязь перед постоянными клиентами, приходиться поступаться своими личными интересами.
Давиденко посетовал на то, как тяжело стало работать, а беспрерывно меняющаяся обстановка и вовсе выбивает из колеи. Впору тащить сюда, в этот кабинет, раскладушку и оставаться на работе на ночь. Волгоградский криминальный пейзаж меняется так часто, что не успеваешь следить за событиями. Расстановка сил в городе, установившаяся к весне этого года, всех устраивала. Перемирие между «синяками» и «спортсменами» была всем на руку. «Спортсмены», в своё время пролившие немало крови, взяли курс на развитие бизнеса и легализацию своих доходов. «Синяки», примкнувшие к ним, стали постепенно отходить от излюбленных тем — грабежи, вымогательство, заказные убийства. Цивилизованное «крышевание» стало той формой взаимодействия, которое устраивает и бизнес-сообщество, и бывших криминальных авторитетов. Само это слово — «авторитет» — стало архаичным, бессмысленным. Журналистский жупел, страшилка, которой пугают население. Кому придёт в голову обозвать «авторитетом» владельца ресторана или сети супермаркетов.
Солидные люди, в том числе крупные чиновники, стали строить долгосрочные планы — карьера, крупные приобретения, и так далее. И тут — убийство Кондаурова. Как удар колюще-режущим предметов полулунной формы по наружным парным мужским гениталиям!
