– Точно. Большинства социальных сетей давно нет, а почтовые ящики проверяются. – Толстяк повернулся к остальным парням, которые разглядывали меня со смешанным выражением смущения и любопытства. Кевин (а может, Кайл?) не отрывал от меня глаз на протяжении всего разговора. – Тогда как?
– Просто, – подмигнув мне, ответил Грег. – Мы использовали старый способ. Я приложил к газете рекламную листовку с сообщением, которое мог прочитать только мой брат.
Даже не глядя в его сторону, я поняла, что Толстяк прищурился. В воздухе чувствовалось напряжение.
– И кто же заплатил за объявление? Редакторы не стали бы печатать его бесплатно, ведь так?
– Нет, конечно, платил Беглец, – сказал Грег. – Кто еще мог бы все это организовать?
Я резко выпрямилась, стряхнув с колен пустые фантики.
– Ты правда общался с Беглецом?
– О да. Он просто… бог, – прерывисто выдохнул Коллинз. – Это он собрал нас вместе. Детей со всей Новой Англии и юга. Всех национальностей. Старших, младших – не важно. Говорят, СПП боятся столкнуться с ним в лесу. Территория лагеря охраняется, и все, кого посылали на поиски Беглеца, были убиты.
– Но кто он такой? – спросила я.
Парни с ухмылкой переглянулись. Свет аварийных огней придавал им еще более отвратительный вид.
– Что вы такое говорите? – вспыхнул Толстяк. – Как он умудрился послать деньги за объявление? Что представляет собой этот Ист-Ривер и где он находится?
Я оглянулась на Лиама. Он стоял за мной, привалившись к холодильнику с замороженными обедами. За все это время он не произнес ни слова. Губы Ли плотно сжались, но лицо при этом не выражало абсолютно никаких эмоций.
– У них есть обманная стоянка в Ист-Ривер, – сказал Коллинз. – Но если кто-то захочет отыскать настоящий лагерь, ему придется серьезно попотеть.
– Похоже на правду, – в конце концов произнес Лиам. – И много там детей?
Все четверо задумались.
– Больше сотни, но меньше тысячи, – сказал Грег. – А что?
Лиам покачал головой, и я заметила в его глазах тень разочарования.
– Просто интересно. Некоторые дети вообще никогда не были в лагерях. Я возьму это?
– Бери, – пожал плечами Грег. – Многие обнаруживают Ист-Ривер после того, как облапошат скиптрейсера или СПП.
– А Беглец – у него есть… – Лиам задумался, как сформулировать вопрос. – Я хочу сказать, у него есть планы на подопечных? Конечная цель?
Вопрос показался всем довольно странным. Наконец Грег сказал:
– Никакой цели. Просто жить, я думаю.
В этот момент я вдруг поняла, что никогда не задумывалась над мотивами самого Лиама. С какой целью он ищет Беглеца? Я решила, что он, как и все, хочет вернуться домой и доставить письмо Джека. Но что на самом деле мерцало в глазах Лиама? Он держал руки в карманах, и все же я заметила: его пальцы сжались в кулаки.
– А что насчет месторасположения? – спросила я.
– Ну, насчет этого… – Выражение лица Грега изменилось. Губы парня сложились в скользкую улыбочку, рука коснулась моей ступни. С того момента, как мы расселись в импровизированном лагере у морозильных камер, братья Кайл и Кевин не обмолвились ни словом. Теперь они вдруг понимающе переглянулись. Во мне поднялась волна отвращения.
– Уверен, они будут счастливы тебя принять, – сказал Грег, скользя пальцами от ступни к щиколотке. Я уже собиралась отодвинуться, когда он вдруг добавил: – Лагерь находится на берегу. Великолепное местечко, но с девчонками там негусто. Думаю, столь… прекрасное создание может оказаться весьма полезным.
Пальцы Грега продолжили свое путешествие вверх, по голени.
– Соглашайся. Это лучше, чем попасть в лапы какой-нибудь банды. Вокруг Норфолка, например, рыскает банда синих. Говорят, они отвратительны. Тырят одежду прямо с тела. Где-то в здешних краях совсем недавно заправляла банда желтых. Но в лагере мы говорили с одним парнем, который утверждал, будто всех их переловили СПП.
История с бандами показалась мне чем-то новеньким. Дети, которые заботятся друг о друге, стараясь не попасться в лапы СПП, – в это еще можно поверить. Но дети, колесящие по стране и промышляющие разбоем? Поразительно.
Толстая ладонь Грега сжала мое колено, и на этом ее путешествие закончилось. Я ощутила покалывание в затылке. Гнев отошел на второй план, голова загудела. Веки опустились, и перед глазами замелькали картинки. Желтый автобус катится по грязной дороге. Расплывчатое женское лицо, губы двигаются, словно напевая беззвучную песню. Огонь костра, потрескивающий на фоне ночного неба. Захламленный магазин, лица Кевина и Кайла, склонившиеся над радиоприемником с часами, на котором светятся зеленым светом цифры: 310, 400, 460, 500. Потом отсчет останавливается.
