Для того чтобы понять, как Паркс оказался способным на такое варварство, нам надо понять, какие сдвиги происходят в сознании при погружении в сон. Теперь мы знаем, что вне фазы быстрых движений глаз (именно на этой стадии сна наблюдается сомнамбулизм) может сосуществовать сложное двигательное поведение и измененное состояние сознания. Этот феномен присущ не только людям.
Например, у дельфина-афалины во время сна может быть открыт один глаз. В этом состоянии при регистрации электрической активности мозга выясняется, что половина мозга дельфина находится в состоянии фазы вне быстрых движений глаз. Совершенно неожиданным было обнаружение того, что вторая половина мозга дельфина находится в состоянии бодрствования. Это состояние диссоциации – покой и активное бодрствование сосуществуют. В этом состоянии дельфин способен ориентироваться в пространстве и выплывать на поверхность, чтобы сделать вдох. Точно так же спят одной половиной мозга морские свинки, зубатые киты, некоторые виды морских котиков и несколько видов птиц (даже в полете) – от сокола до дикой утки, от домашних кур до черного дрозда. Такая же форма диссоциации – сосуществование сна без быстрых движений глаз с эпизодическим бодрствованием – наблюдают у некоторых впадающих в спячку животных.
Такая же диссоциация характерна и для сомнамбулизма – мозг проявляет в этом состоянии не только признаки бодрствования, но и фазы сна без быстрых движений глаз.
Границы возможного стираются, и вот уже сомнамбула бродит по комнатам, падает с лестницы, выпрыгивает из окна, все это время находясь в состоянии глубочайшего сна в фазе без быстрых движений глаз.
Наше современное понимание расщепления сознания, разорванного между сном и бодрствованием, позволяет исходить из иных предпосылок и принимать решения, сильно отличающиеся от тех, что принимали в судах десятки и даже сотни лет назад. Например, в мае 1853 года в суде слушали дело семнадцатилетней няни Сары Минчин, которая в городке Олд-Бейли пыталась «… имея преступный умысел, убить ножом Фредерика Смита». Минчин утверждала, что страдает сомнамбулизмом, что она ходила во сне с детства, и что она совершенно не помнит, как напала на своего тринадцатилетнего подопечного, которому нанесла несколько поверхностных ран.
Хирурга, мистера Баллока, который лечил мальчика, с пристрастием допрашивали, но не о сомнамбулизме и циклах сна, а о менструальном цикле.
Допрос мистера Баллока мистером Рибтоном.
Вопрос. Если девушка семнадцати лет страдает от нарушений месячных, то может ли это как-то повлиять на ее голову?
Ответ. Нет, хотя и существует болезнь, которая называется нимфоманией. Но это состояние не вызывает помрачения ума, у таких женщин можно наблюдать головную боль и прекращение менструаций, но они никогда не страдают безумием, во всяком случае, я не слышал, что это часто приводит к умопомрачению».
Доводы Минчин относительно сомнамбулизма не были приняты судом. Девушка была признана виновной и приговорена к трем месяцам тюремного заключения.
Существует современная гипотеза относительно насилия, совершаемого в состоянии глубокого, по видимости, сна.
При сомнамбулизме избирательно активируются определенные нервные пути, в то время как активность других подавляется. Эти избирательно активированные пути в норме отвечают за сложное двигательное эмоционально окрашенное поведение в состоянии бодрствования. Именно благодаря этому сомнамбула из семнадцатого века смог на ходулях перейти реку, а аристократ века восемнадцатого мог во сне ездить верхом и играть на клавесине. И да, именно благодаря тому же механизму, человек в состоянии такого сна может зарезать или задушить другого человека.
Однако очень важна роль и тех путей, активность которых в состоянии сомнамбулизма подавляется. Это центры, пути которых проецируются в лобные доли. Эти области, расположенные вокруг префронтальной коры, важны для суждений, познания, подавления эмоциональных реакций, рефлексии, планирования и внимания. Когда активность префронтальной зоны подавляется, подавляются также перечисленные свойства и способности. Такое подавление происходит у всех нас во сне, в фазу медленных волн, не причиняя ни нам, ни окружающим никакого вреда – обычно в этот период сна никакое подавление суждения или познания просто не нужно. Однако при сомнамбулизме эти неактивные зоны уже не в состоянии подавить активность неожиданно активированных участков мозга, участков, отвечающих за двигательное и эмоционально окрашенное поведение. Во время блужданий сомнамбулы структуры, находящиеся под контролем префронтальной коры, получают свободу. Например, миндалина модулирует нашу реакцию на угрозу. Но, если деятельность миндалины перестает контролироваться лобными долями, то может возникнуть неспровоцированная агрессия.
