— Позвони через пару дней. Отвезёшь нас в стаю, — попросила Диана, не отрываясь от своего альфы.
— Договорились.
Грег очень быстро забрался в машину и покинул двор, Ларс сразу расслабился, напряжение в мышцах ушло, и он перестал так давить в поцелуях. Диана тоже обмякла, впервые за долгое время захотелось почувствовать себя слабой омегой и полностью отдаться желаниям своей пары. Пусть Ларс почти ничего не помнил и даже не соображал нормально — это был он, живой и целый, а всё остальное как-нибудь наладится.
— Мне нужно в душ… и переодеться.
— Я купала тебя пару дней назад.
— Звучит смешно. Но представляю, как ты себя чувствовала. Может, искупаешь меня снова? — Ларс игриво лизнул ей шею.
— С радостью.
Под горячими струями чувства и желания обострились. Словно все месяцы скрываемая сексуальность рванула на поверхность, и Диана яростно цеплялась за альфу, целовала, лизала и ласкала, наслаждаясь каждым сантиметром его тела, радуясь его присутствию и ответным желаниям. В волчьем теле Ларс на неё не посягал, а теперь как прорвало — в стонах, в хрипах, он кончал под её руками и губами, а потом, подхватив на руки, насадил на себя и взял с узлом, доказывая, что влечение никуда не делось.
— Ты со мной… Ты во мне… — шептала Диана, чувствуя, как от счастья клокочет в груди.
— С тобой… Ди, память постепенно возвращается, и мне немного страшно…
— Не думай о плохом. И пойдём в постель. Хочу наслаждаться твоей близостью до вечера.
— Я не обижал тебя? Не бросался? Я помню, как ты говорила со мной и гладила, но речь неразборчива и всё тонет в болезненной дымке.
— Хорошо, что неразборчива. Я таких глупостей нарассказывала. Из-за беременности веду себя как малолетняя человеческая девчонка. Временами бесит.
— Зато ты пахнешь так восхитительно, хочется вылизать тебя всю и больше не отпускать.
— Не отпускай. Никогда.
До нового поселения они добрались только через три дня. Ларс всё ещё чувствовал себя дезориентированным и то и дело проявлял волчьи повадки. Стоило альфе опустить голову и нервно оскалиться, и Диана бросалась ему на шею, успокаивала, шептала его имя, зовя, удерживая в человеческом обличье и не отпуская. Ларс хоть и выпил настойку и с тех пор ни разу не превращался, Диана всё равно боялась, дежурила ночью, не выпускала из виду. И выехать из защищённого дома согласилась лишь после долгих уговоров.
— Мне нужно переговорить с Маратом и встретиться с Дирком, — объяснил Ларс.
— К Дирку ты не пойдёшь — и не проси.
— Если не решу это сейчас, станет только хуже.
— Ты получил своё наказание, выжил — на этом точка! — Диана не спешила рассказывать о навязанном договоре. Ларсу не понравится необходимость передать Ди другим вожакам, но ему придётся принять это и смириться.
— Именно, наказание я прошёл, теперь хочу объясниться и закончить с ним отношения.
— Давай позже, когда тебе станет легче.
Недолгая отсрочка тяжёлого признания.
Диана и сама понимала необходимость этой встречи, но планировала не рассказывать об обязательствах хотя бы до родов. Но, видимо, придётся признаваться и надеяться, что Ларс поймёт.
У въезда на территорию их встречали. Двое волков из телохранителей Юргена, очевидно разжалованных до простых охранников. Диана кивнула им, приветствуя, и в ответ получила злой взгляд. Надо уточнить у Марата, принял он у них клятву на крови, и если нет — сразу выгнать. Недовольных лучше не держать.
Самого вожака на месте застать не удалось. Но их встретили Свен и Грег и пообещали, что Марат скоро прибудет. Пока же можно ознакомиться с планом постройки, напоминавшем простой набросок, и пообщаться с другими членами стаи. Диана и вправду немного соскучилась по своим подопечным — подросткам и детям, которых учила и о которых заботилась, пока Юрген прожигал свою жизнь и транжирил их деньги. Мальчишек пригнали на работу, они косили траву и собирали крупные ветки. Чистили территорию для первых домов. Но с появлением Дианы с радостью кинули инструменты и бросились к ней в объятья. Парни постарше подали приветственно руку, малышня облепила ноги. Из-за смены власти, переезда и без надзора стариков бедные волчата казались неопрятными и неухоженными. Даже одежда выглядела нестиранной и неглаженой. Захотелось устроить Марату взбучку, что не следит за детьми, не обустроил им быт, не распределил обязанности. Диана мысленно сделала себе очередную зарубку, а пока расспросила, сколько в стае свободных бет и кто занимается готовкой и уборкой.