– Я пытался… я… их было слишком много. – Опять кашель, теперь влажный и булькающий. – Простите, мой господин. Вам придется… дальше придется самому.
– Всё в порядке, – тупо проговорил Гил. – Всё в порядке.
Ракан сплюнул кровь. Медленно обвел взглядом мужчин, которые наблюдали за происходящим молча. Перевел дух.
– Наклонись… ближе. Хочу передать… секретные… инструкции.
Рингил наклонился и положил голову рядом с головой Ракана, прижавшись заросшей щекой к его щеке, такой же заросшей. Ракан судорожно всхлипнул. Рингил отпустил его руку и обхватил ладонями лицо.
– Говори со мной, – пробормотал он. – Я здесь.
– Не… не доверяй железному демону, Гил. – Голос гвардейца понизился до отчаянного гортанного шипения. Рингил чувствовал, как юноша вливает в слова последние остатки сил. – У него нет к нам ни любви… ни добрых намерений. Он всем лжет. Он замышляет… предательство, чтобы погубить все хорошее. Я люблю… госпожу Арчет. Но она не императрица.
– Я знаю это, Ной. И она тоже знает. – Он на секунду крепко зажмурился, а потом снова открыл глаза: снова потекли слезы. «Гребаные пряности». Он поцеловал умирающего в щеку. – Ной, трон в безопасности. Успокойся. Расслабься.
– Ты… не станешь… помогать ей свергнуть Джирала? Чтобы… занять трон. Правда, Гил. Она… твоя подруга, я знаю.
– Ей не нужен этот сраный трон, даже если его подадут на блюдечке, Ной. Я обещаю. А теперь отдыхай, ты уже достаточно сделал.
Он почувствовал, как что-то внутри юноши сдвинулось не туда, просело, как если бы он сделал неверный шаг в танце. Ракан издал тихий звук и попытался уткнуться носом в его шею.
– Пахнет… как дома, – удивленно прошептал он и застыл.
Рингил зажмурился. Держал глаза закрытыми, как ему показалось, довольно долго. Затем очень медленно отстранился от тела Ракана и протянул руки с растопыренными пальцами к обмякшему, покрытому пятнами крови лицу гвардейца – как человек, пытающийся согреться у скудного огня. Долгие мгновения он пристально смотрел в пространство между пальцами, сам не зная, чего ищет. Затем опустил руки. Шумно втянул носом воздух и встал.
Все смотрели на него.
– Если кто-то хочет что-то сказать… – Он откашлялся и указал на тело. – Говорите сейчас. У нас не так много времени.
Два гвардейца нерешительно вышли вперед. Рингил отступил, отошел в сторону, оставив Нойала Ракана на попечение товарищей.
– У меня тут для тебя подарочек!
Клитрен Хинерионский весело шагал мимо разбросанных трупов, толкая перед собой Финдрича с заломленной за спину рукой. Работорговец споткнулся, пытаясь удержаться на ногах на беспорядочной, кривой поверхности. Клитрен отпустил его руку и грубо толкнул в спину, отчего тот упал к ногам Рингила, подняв облачко пряной пыли.
– Слаб Финдрич – бери и наслаждайся. – Наемник ухмыльнулся. – Кстати, он почти не пострадал.
– Это хорошо, – мрачно сказал Рингил.
Финдрич попытался подняться на ноги. Клитрен сильно пнул его в живот, и работорговец снова рухнул. Наемник бросил взгляд в сторону, где вокруг трупа Нойала Ракана, склонив головы в молитве, собрались гвардейцы. Указал на них большим пальцем.
– Твой мальчик ушел красиво?
Рингил кивнул. Вытер глаза. Клитрен сочувственно скривился.
– Гребаный порошок чили, да?
– Ты нашел Рисгиллен?
Наемник покачал головой.
– В их отряде было несколько женщин, все сильно покоцанные. Парни обзаводятся трофеями. Но ее среди них нет.
Как подвернувшаяся в битве нога, как смертельная ошибка… Рингил поморщился от внезапной легкости в животе, которую ощутил от этих слов. Финдрич у его ног закашлялся и презрительно ухмыльнулся.
– Не волнуйся, пидор. Она вернется.
Гил наклонился и, схватив работорговца за шиворот, поставил на колени.
– Я еще раз тебя вежливо спрашиваю, Слаб. Где ты держишь моих друзей?
Финдрич посмотрел на него угрюмыми покрасневшими глазами.
– Иди на хуй. Аристократишка драный.
Рингил сжал кулак и сильно ударил его по лицу. Он почувствовал, как сломался нос, когда работорговец упал. Снова его поднял и наклонился ближе.
– Я ни хрена не в настроении, Слаб. Где они?
Работорговец ухмыльнулся ему сквозь кровь и сопли. Четыре или пять десятилетий жизни в портовых трущобах светились в его глазах. Он плюнул Рингилу в лицо.
– Валяй, продолжай – пидор никчемный, аристократ сраный. У тебя ни хуя нет ни времени, ни яиц, чтобы меня сломать, и ты это знаешь. А она придет по твою душу, не думай, что случится иначе. И по твою тоже, вероломная приграничная мразь.
Клитрен скорчил страдальческую гримасу.
– Хочешь, я вскрою ему брюхо? – предложил он. – Вытащу несколько футов кишок и попляшу на них? Обычно помогает добиться результата.
– Нет, тогда будет трудно его перемещать. – Рингил отпустил Финдрича, и тот рухнул на пол. – Просто последи за ним минутку. У меня есть идея получше.
