Она подошла к нему. Если ее голые ступни и мерзли на бетонном полу, виду она не подавала. Он не предложил ей ни туфель, ни тапочек. Девушка повернулась к нему и стала медленно стягивать с себя футболку. Ее груди поднялись, когда она вскинула руки, снимая футболку через голову. На одном ее соске висела металлическая пластинка. На втором виднелись проколы от пирсинга и маленький шрам. Он подумал, что ей, возможно, нравится грубый секс.
Она улыбалась ему, довольная, что он пожирает глазами ее обнаженное тело, потом протянула руку с футболкой через перила и разжала пальцы.
– Это моя вещь, – возмутился Джерри. Футболка плавно опустилась на крышу «БМВ» рядом с окурком.
– Это же просто футболка.
Он ударил ее по лицу.
– Это не просто футболка.
Она поднесла ладонь к губе, но страх ее быстро исчез.
– Трахни меня здесь, – прошипела она, прижавшись к нему.
– Нет.
– Нет? – вздохнула она. – Ты уверен? – Она развернулась и ягодицами прижалась к его паху. – Ты можешь делать со мной что захочешь… – Она схватила его руку и сунула ее себе между ног. Он даже пальцем не пошевельнул, но едва его ладонь коснулась ее лобковых волос, девушка принялась вскрикивать и извиваться. Он убрал от нее руку.
– В чем дело? – спросила она.
– Вскрики, стоны – все это дурацкое дерьмо из порнухи. Фальшь. Вызывает у меня только одно желание – снова ударить тебя.
Она повернулась, сложила на груди руки, ее сексуальный пыл угас. Теперь это была просто голая мерзнущая девушка на балконе.
– Хочешь, чтобы я сходила за твоей футболкой? – спросила она.
– Я хочу, чтобы ты ушла.
Она посмотрела на его грудь, прильнула к его теплому телу. Он видел, что она одинока и хочет остаться.
– Но я же только пришла… – жалобно произнесла она.
Он ударил ее кулаком в лицо, потом схватил за волосы и притянул ее лицо к своему. Учащенно дыша, она смотрела на него ошеломленно. Из носа у нее сочилась кровь.
– Намеков не понимаешь?
Он оттолкнул ее, она кинулась в комнату. Он закурил сигарету, через открытую дверь наблюдая, как она, обливаясь слезами, быстро одевается, подбирая с дивана джинсы и нижнее белье, что были там разбросаны. Напоследок она испуганно взглянула на него и ушла, хлопнув дверью.
Он шагнул к перилам, подождал несколько минут. Она показалась внизу, сойдя с лестницы, и убежала в темноту. Цокот ее каблуков постепенно затих.
– Черт, – выругался он. Было четыре часа утра. Он надеялся, что ему это не аукнется – что эта глупая девица доберется до дому без приключений.
Докурив сигарету, он неспешно спустился вниз по вонючей лестнице многоквартирного дома, минуя граффити на стенах, разбитые окна и мусор на лестничных площадках, и забрал с крыши «БМВ» свою футболку. Это была невзрачная белая футболка, но он носил ее во время двух командировок в Ирак. Эта футболка приносила ему удачу. Он надел ее и поплелся наверх.
Добравшись до своей квартиры, он открыл дверь и прошел в спальню. Разбудил свой ноутбук, пошевелив мышкой.
Нашел программу с «троянским конем» и в половине пятого утра отправил эсэмэску с вирусом.
На следующий день в сумраке раннего утра по гравийной дороге, пересекавшей пустошь Хейзского парка, катил караван полицейских машин. Эрика вместе со своей командой и группой патрульных ехала обследовать заброшенную хижину у карьера. Автомобили припарковались почти у самой воды, там, где около двух недель назад она останавливалась вместе с сотрудниками Речной службы. Утро выдалось морозным, все были одеты по-зимнему.
Ее команда, всего десять человек, встала кругом, и Эрика провела инструктаж. Потом они взяли стаканы с чаем и кофе, наблюдая, как рассеивается темнота: чернильная синева постепенно светлела, пока на широкой водной глади не появилось отражение серого неба.
Несколько собачников, выгуливавших на пустоши своих питомцев, остановились и стали с любопытством наблюдать за действиями полицейских, но патрульный, занявший пост на удалении нескольких сот ярдов от каравана машин, велел им идти своей дорогой. Был установлен полицейский кордон, огорожен по периметру большой участок парка – кусок травянистой пустоши, подступающей к карьеру, а также подлесок с той стороны и заросли вокруг хижины.
Первую половину утра расчищали мелколесье и срезали кусты куманики вокруг заброшенного домика. Холодный воздух полнился заунывным визгом электрокосилок.
Вместе с Джоном, Мосс и Питерсоном Эрика нетерпеливо ждала у одного из фургонов служб технической поддержки. Чтобы не замерзнуть, они пили чай и пританцовывали на месте. В начале десятого у Эрики зазвонил телефон, но только она достала его из кармана, он умолк.
– Уже третий такой звонок за утро, номер не определяется, – сообщила она, раздраженно глядя на дисплей.
– Рекламщики, – предположила Мосс, дуя на чай. – Меня они атакуют каждый вечер, как только сажусь ужинать. Силию это сводит с ума.
– В половине пятого мне пришло пустое сообщение. Номер не определился, – сказала Эрика.
– Это сообщение надо бы проверить, босс. Вы его не открывали?
Эрика покачала головой.
– А я никогда не получал эсэмэсок с закрытых номеров, – доложил Питерсон.
