Даг вытащил из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист А4 и развернув, протянул Дони.
— Взгляни повнимательнее на эту девушку.
Дони надвинул на нос очки, посмотрел на распечатанный на цветном принтере снимок и кивнул:
— Угу… кстати, не ее ли фотографии расклеены по всему городу? Кажется, эта девушка пропала или ее разыскивают, не помню точно.
— Все верно, это то же самое фото, но для объявления о розыске мы использовали только лицо, а здесь Миа Томас в полный рост.
— Да, я вижу.
— Так вот, скажи мне, пожалуйста, могла ли девушка с такой комплекцией сломать шею Трэвису Миллеру, а затем и Рики Мартинесу? Ах да, чуть не забыл про пса Спарки!
Дони округлил глаза, потом еще раз взглянул на снимок.
— Ну, при определенных обстоятельствах я бы сказал, что да. Например у Трэвиса Миллера есть травмы помимо позвоночника. У него вывихнуто правое плечо и сломана нога. Он, как я понимаю, откуда-то свалился. Могу предположить, что пока он был без сознания, или ограничен в подвижности, эта девушка могла бы сломать ему шею. Но ей в любом случае понадобилось бы приложить серьезные усилия и получилось бы, наверное, не с первого раза. А вот с Мартинесом дело обстоит иначе. У него рост… Дони взял со стола папку и, заглянув в нее, продолжил: «Шесть футов и четыре дюйма13, а вот у девушки… По фото конечно сложно судить…»
— Приблизительно пять футов и три дюйма14 — так мне показалось, когда я ее видел. — подсказал Даг.
— Во-о-от! — Дони выставил вперед указательный палец. — Понимаешь, к чему я веду? Этой девушке и дотянуться то было бы сложно до его шеи, не то что свернуть. Если конечно он не был настолько галантен, чтобы пригнуться и облегчить ей задачу.
— А если бы он сидел, и притом к ней спиной, не знаю… шнурки например завязывал? Могла она подкрасться сзади и воспользоваться эффектом неожиданности?
— Ну, попробовать конечно могла бы, но как я уже упоминал, не так-то и просто сломать шею взрослому человеку. На этом фото я не вижу ярко выраженной мускулатуры. Ножки у девушки тоненькие, плечи узкие. У нее, конечно, прелестная фигура, но на спортсменку она не похожа. Я думаю, из такой попытки ничего бы не вышло, парень просто сбросил бы ее с себя.
— А что насчет собаки?
— Про пса и говорить нечего. У него спина сломана, а не шея, кроме того, это все-таки животное с клыками и инстинктами. Редкий мужчина смог бы такое провернуть.
— То есть ты считаешь, данная конкретная девушка не могла совершить эти убийства?
— Я считаю, что нет.
«Так или иначе, Миа Томас моя единственная зацепка» — решил Даг. — «Если разыскать ее, возможно удастся найти и убийцу. Как говорится «Cherchez la femme». Но тут ему вспомнилась еще одна возможная зацепка и Даг спросил:
— Слушай, Дони, а что там насчет покрывала — удалось выяснить чем оно перепачкано?
— Ах да, хорошо, что напомнил! В последние дни покойники так и сыплются мне на стол, и все с пометкой срочно. Сразу скажу, на нем не кровь, это видно и не вооруженным глазом, но что там конкретно, смогу выяснить, только проведя анализы.
— Я в курсе, что не кровь, больше того скажу, мне показалось, оно пахнет тиной. И я вот что подумал — вдруг тут есть какая-то связь с убийством Майерс. Ты же собрал тогда образцы речной флоры у нее с одежды и из легких, так вот не мог бы ты сравнить их с теми что на покрывале?
— Если это не очень срочно, я займусь образцами вечером, когда закончу отчет по Миллеру.
— Снова возьмешь сверхурочные?
— Ты же знаешь, мне лучше работается по ночам.
— Спасибо Дони, я твой должник!
Дони посмотрел на часы. Без двадцати пять. Хотя в его кабинете не было окон, ему живо представилось звездное ночное небо. Еще каких-нибудь полчаса и оно начнет светлеть на востоке, а звезды понемногу таять. Дони потянулся, поводил головой из стороны в сторону, потирая занемевшую шею. Наклонился к стоящему перед ним микроскопу и произнес «Невероятно!» уже наверное сотый раз за эту ночь. Отодвинувшись от окуляра, он внес новую заметку в текстовый файл, открытый на рабочем столе компьютера. Затем встал из-за стола и подошел к стоявшему за спиной шкафу. Открыв стеклянную дверцу, он вынул из подставки пробирку с очередным реагентом, на этот раз насыщенного розового цвета, после чего снова вернулся к микроскопу. На столе, по правую руку от Дони, стояла небольшая коробочка, в которой лежали прямоугольники предметного стекла. Дони вытащил крайнее и поместил на него немного материала, который собрал с покрывала вчера вечером, как раз перед тем, как ему привезли тело Рикардо Мартинеса. Дони разумеется отложил исследование образцов на потом, рассудив, что работа с телом помощника шерифа более срочная, когда же наконец вновь добрался до микроскопа, его настолько поразило увиденное, что он мгновенно осознал глубину своего заблуждения при расстановке приоритетов.
