Дверь здания распахнулась, обрывая его на полуслове. Нам навстречу выкатился полненький господин с пышными усами. На нем была яркая жилетка и рубашка с закатанными рукавами, а в левом глазу поблескивал монокль.
– Прошу! Прошу, господа маги! – засуетился он. – Особенно вас прошу, ваше высочество! Заходите в нашу скромную обитель, чувствуйте себя как дома.
– Вы кто? – Эль даже не двинулся с места.
– Так староста этой деревни, можете звать меня дядюшка Фиц, меня все так кличут. Ну и владелец трактира по совместительству, – он подкрутил ус. – Проходите, комнаты уже готовы, и обед сейчас подадим. Вы же проголодались с дороги?
Говорить, что мы только завтракали, никто не стал. Однако я заметила, как мои товарищи поглядывают на небо. Я тоже обратила внимание, что солнце здесь уже перевалило за зенит. Значит, между Академией и этой деревней очень большое расстояние, как минимум трое часовых поясов.
Староста, продолжая улыбаться, подождал, пока мы войдем. Здание управы было трехэтажным, с каменным низом и деревянным верхом. На первом этаже находился трактир с огромным очагом и барной стойкой. В зале стояло несколько столов и стульев с кривыми ножками. Кое-кто из моих товарищей тут же поморщился. А я жадно вдохнула насыщенный аромат жареного мяса, который шел со стороны очага. Там парнишка лет пятнадцати поворачивал вертел с насаженным на него поросенком. Я представила, как вонзаю зубы в прожаренный бочок – и едва не подавилась слюной.
– Это сынок мой Лортен, если что-то надо по-быстрому – обращайтесь к нему, – сказал староста, заметив мой голодный взгляд.
Потом, когда мы сели за один из столов, он продолжил, протягивая нам немного засаленный лист бумаги:
– Вот, здесь расписаны ваши завтраки, обеды и ужины. Академия уже все оплатила, но если захочется чего-то другого, то можем договориться за отдельную плату.
Понятное дело, у меня, Арики и Зига денег с собой не было. Остальные не успели рта открыть, как Эль выхватил лист из рук старосты и просто смял в кулаке.
– Отлично, будем есть, что дадите, мы тут не за этим.
Внезапно он глянул мне за спину, туда, где находилась лестница на второй этаж, и поднялся. Остальные повторили за ним. Я тоже вскочила, сообразив, что Эль кого-то увидел. Оглянулась и поняла, что не ошиблась. На последней ступеньке стоял Илинор Дарвизз – мой куратор-эльф с Бытового и магистр артефакторики. Рядом с ним – заведующий кафедрой Травознавства Бурдж Паркатис.
Эльф поднял руку, давай понять, что заметил нас.
– Добро пожаловать в Оренволд, господа будущие маги, – произнес он, подходя ближе. – Мы с господином Паркатисом будем вашими кураторами. Вопросы есть?
Он посмотрел на каждого из нас.
– Да, почему именно вы? – тут же озвучил Эль то, что у всех вертелось на языке. – Почему не магистры с Боевого?
– Слепой жребий, – Паркатис развел руками. – Ваши точки дислокации и кураторы выбирались случайным образом, чтобы исключить подтасовку результатов. Итоги практики очень важны, сами должны понимать.
Мы с ребятами переглянулись.
С первой минуты стало ясно, что лидером в нашем расчете будет Эльсанир. Его авторитет даже не обсуждался. Кому еще, как не принцу, нами командовать? Но появление бытовика и травника нас удивило. Я была уверена, что к нашей группе приставят Дайвана Рорха или еще кого-то из боевиков.
Судя по лицам, остальные думали то же самое.
– Ладно, – продолжил Дарвизз, – давайте вернемся за стол и обсудим ваши ближайшие действия.
Все молча сели. К этому времени староста потихоньку исчез, чтобы не мешать важным господам из столицы. Эльф достал карту и разложил на столе.
– Вы находитесь здесь, – он ткнул изящным пальцем в точку на извилистой черной линии. – Это деревня, названия у нее нет. На севере она примыкает к болотам, в которых иногда появляются разные сущности. В основном мелочь, которую пропустил гарнизон, расположенный в дне пути, – палец переместился на заштрихованную часть карты, где были разбросаны точки-крепости. – Дальше идет Руртранарк, но вам туда не надо. А вот здесь, за вашими спинами, находится Исткирия.
Я заметила, что на этих словах Эль нахмурился. Его взгляд напряженно блуждал по карте. А у меня упоминание Исткирии всколыхнуло мысли об Эльзе. Она же оттуда родом. Ее отец синьор Дормервара – самой большой приграничной крепости в том районе!
– Говорят, в Исткирии сейчас неспокойно… – подал голос Севастьян.
– Кто говорит? – к нему тут же повернулся Паркатис.
– Ну… слухи такие ходят.
– Ваш отец ведь граф Орлерай? А, ну тогда ясно. Орлераи всегда были ярыми противниками исткирцев. Кажется, у вашей семьи уже много лет длится тяжба с герцогом Исткирии, а до этого с его отцом, дедом и прадедом. А король Ленорманна все никак не решит ее в вашу пользу.
Он улыбнулся, демонстрируя добродушие. Но его взгляд остался холодным и пристальным.
В ответ Севастьян хотел возразить, но лишь кисло вздохнул, остановленный Дарвиззом:
