— Представьте себе наркотик, который ослабляет запреты, который сводит на нет все эмоциональные защиты, делая разум уязвимым для импульсов и внушений.
Все вокруг хмурились, никто из них не видел возможностей. Почему он вообще утруждался?
Их простые умы хотели знать только то, как они могут заработать на этом деньги. Дело не в деньгах. Речь шла о том, чтобы раскрыть неприглядную правду о том, каковы люди на самом деле. Речь шла об использовании этого.
Гидеон вздохнул, ему больше не хотелось развлекать себя их предсказуемым, ограниченным мышлением.
— В октагоне, — устало сказал он.
Все поднялись со своих мест и подошли к смотровым окнам, глядя вниз, на ринг, где сошлись лицом к лицу демон под кайфом от Дымки и вампир (не под кайфом).
Демон, вопя, как баньши, бросился на самоуверенного вампира… который быстро понял, что это зрелище было не ожидаемым моментом его триумфа, а его смертью.
Он продержался дольше, чем ожидал Гидеон — целых шестьдесят секунд. Он нанёс несколько отчаянных ударов.
Демон ничего не почувствовал. Он рубил, визжал и повалил вампира на землю. И раскроил ему лицо своими ужасными клыками.
Демон завыл, склонившись над своей жертвой…
Пока Малотов не выстрелил ему в голову четыре раза.
Зрители отшатнулись, испуганные и очарованные, их взгляды обратились к Гидеону в поисках объяснений.
— Что, чёрт возьми, это было? — спросил кто-то.
— Это, — ответил Гидеон, — был демон, лишённый атрибутов цивилизованности. Это, джентльмены, была Дымка. А теперь представьте себе более равный бой. Представьте себе гораздо более грандиозное и ужасное зрелище.
— Зачем кому-то хотеть, чтобы демоны были такими?
— Представьте себе такое невероятное пренебрежение к собственной безопасности — со стороны более мыслящего существа. Я устраиваю демонстрацию. Вы бы удивились, узнав, что можно сделать с таким уязвимым разумом в мощном теле — с мыслящим существом, чьими мыслями вы управляете.
Хмурые лица. Интерес.
Потому что они начали размышлять о возможностях. Потому что им стало любопытно. Потому что они могли сказать, что за этим кроется нечто большее. Конечно, это нечто большее.
Они просто не знали, что это «большее» означало их собственную гибель. Разве не он всегда говорил, что людьми легко манипулировать? И это даже без Дымки.
Гидеон сказал:
— Завтра вечером. Я назначу время и место. Я хочу, чтобы вы все приняли участие в этом великом начинании.
Один из больших засранцев пожаловался:
— Я не люблю, когда со мной играют. Выкладывай, Гидеон. Что. Когда. Где?
— Завтра вечером, — невозмутимо настаивал Гидеон.
Раздалось недовольное ворчание, но Гидеон просто выжидал. Тот факт, что они раздражались, означал, что им было интересно.
Потребовалось ещё двадцать минут, чтобы заставить их всех двигаться. Они хотели задержаться, потягивать свои напитки и притворяться, что не приходят и не уходят по его приказу. Он позволил им проявить небольшую независимость. На данный момент это не имело значения.
Когда последний спустился по лестнице, прошёлся по ликёро-водочному заводу внизу и осмотрел трупы, намеренно оставленные в октагоне, Зара присоединилась к Гидеону у окна.
— Почему агент ВОА? — спросила она. — Разве это не опасно?
— Ты же знаешь, мне нравится жить в опасности.
— Что ты собираешься делать с Дымкой в конечном счёте?
— Я не уверен.
Гидеону пришло в голову несколько вариантов. Широкое распространение ради хаоса. Скорее всего, это привело бы к разоблачению вампирского вида. Это было бы интересно, но после первого раунда чистки это загнало бы вампиров ещё глубже в подполье, что в конечном счёте оказалось бы контрпродуктивно. Скрытых и настороже вампиров было бы ещё труднее уничтожить.
Почему бы не позволить демонам выполнять тяжёлую работу?
В конце концов, они созданы для того, чтобы уничтожать вампиров.
Лицо Зары стало непроницаемым, как будто она хотела подчеркнуть свою нейтральность, как будто хотела показать ему, что ей всё равно, что он делает. Она не хотела, чтобы он знал, что она сама принимает решения — или думала, что принимает.
В конце концов, людьми легко манипулировать.
Глава 32
Клэр вдохнула божественный аромат выпекающегося печенья. У неё потекли слюнки в предвкушении сегодняшнего творения. Арахисовое печенье с шоколадной крошкой.
Ана возилась с эспрессо-машиной, безумно сложным устройством, к которому Клэр не решалась прикоснуться. В закусочной Бетти использовались только обычные кофейники.
Таймер духовки запищал, и Клэр выключила его. Взяв со стола прихватку, она открыла верхнюю духовку. Горячий воздух стремительно вырвался наружу, обдав её лицо, когда она вытащила противень с роскошной выпечкой.
