— Нам нравится, когда у девушек большая грудь, — сказал четырнадцатилетний ребёнок.
Эрика громко засмеялась на всю комнату, добавив:
— Прям как у твоей девушки.
— У тебя есть девушка? — удивилась я.
— Да, девчонка класса из шестого, — усмехнулась Эр.
— И давно?
— С прошлой недели, — ответила подруга.
— Но влюблена в меня она была давно, — заметил её брат. — И она только на год младше меня.
— Да не ври, она ещё, наверное, начальные классы не закончила.
Я громко засмеялась, в этот момент ко мне прилетела фиолетовая кофта, которую Эрика подобрала специально для меня.
Мы выбрали примерно четыре наряда, которые понравились одинаково и мне, и Эрике, среди них было два, которые нравились Рэю, и лишь одно, Бену. Его-то мы и выбрали. Это была обычная чёрная юбка, которую я надела с серой футболкой и своей чёрной ветровкой поверх. Выглядело это неплохо, но я не хотела акцентировать внимание Тони на том, что ради него я ломала свои стереотипы и надевала юбку в обычный день, не на новый год, не на чью-то вечеринку, а просто на свидание с ним.
Поэтому, когда он заехал за мной, я слегка осторожно вышла из дома. Наверное, он испортил бы всё, если бы сказал, что я выгляжу чересчур милой, потому что именно такой Эрика и сделала меня. Мои губы были слишком нежного розового цвета, я попыталась оттереть их в машине, а не при Эрике, чтобы не обидеть её. Более того, она пыталась вразумить мне, что в моих волосах заколка в виде бабочки будет смотреться очень мило, именно это слово отпугивало меня; я не была милой и не пыталась быть ею. Я была той, кем была, и хотела понравиться Тони именно такой, обычной Белл, которая не строит из себя другую девушку.
— Привет, — я села к нему на переднее сиденье. Он посмотрел на меня обычным взглядом. Он ведь не знал, что юбку или платье я надевают только по праздникам.
— Выглядишь очень классно, — улыбнулся он.
— Да, Эр заставила меня завить кудри.
— Ты бы и без них выглядела классно.
— Спасибо, — улыбнулась я. — Куда мы поедем?
— Как насчёт Гринберла?
Я кивнула, хотя не совсем хотела ехать в соседний город, куда порой мы уезжали с друзьями. Там были новостройки и куча кафе, посетить которые не хватило бы и всей жизни, туда нас тянуло по одной причине: это был большой город, шумный и живой, а не Тенебрис, в котором две машины, остановившиеся возле площади, уже редкость.
По пути мы мало разговаривали, можно даже сказать, почти молчали. Тони включил музыку, которая нравилась ему, я сказала, что не против слушать
Lorde, хотя предпочла бы Twenty One Pilots или Imagin Dragons. Наверное, он решил, что музыка способна сделать своё, и ему совсем не обязательно пытаться заговорить со мной. Это меня очень расстраивало — то, что мы сидим в тишине, приглушаемой лишь двигателем да высокими ариями певицы.
— Как идёт расследование? — спросила я.
— Серьёзно? — улыбнулся он. — Ты хочешь поговорить о расследовании?
— Да, это имеет ко мне отношение, отец ничего не рассказывает, поэтому, я думала, что хоть ты мне что-то расскажешь.
— Если он не рассказывает, значит так надо.
— И ты туда же?
— Нет, просто у нас больше нет зацепок, мы не знаем, что делать, пытаемся вычислить машину, собираем показания жителей, которые её видели.
— И много таковых? — спросила я.
— Фил, Дебби Бэй, Гринви Старси, Райли Батлер, Грейс Уилсон со своим дядей, Ребекка Сильвер, её пятилетняя дочь, Роджер Филч и ещё парочка горожан.
— Грейс? — шёпотом спросила я. В школе зачастую Кевин рассказывал, как его мама заметила чёрный джип без номеров, но Грейс, хоть и сидела рядом, ни разу не комментировала его слова. Иногда она пыталась намекнуть, что ей не чужда эта тема. Она говорила, что слышит, как ночью мимо их дома гудит мотор, который мешает спать. Но мало кто слышит её. Иногда мне кажется, что кроме меня с ней никто не общается.
— Заедем в кафе? — предложил Тони.
— Макдональдс или пиццерию?
— Пиццерию.
Мы заехали в местечко, где я уже была вместе с Эрикой и Грейс, там играла тихая романтичная мелодия, которая должна была настроить на соответствующий лад, но во мне она вызывала лишь огромное любопытство. Я мало думала о том, что обо мне думает Тони, я уже начинала думать, что нравлюсь ему, потому что он смотрел на меня подобным образом. Эрика дословно описала мне перед выходом, как стоит смотреть на него, чтобы впечатлить, но, стоило мне встретиться с ним взглядом, я видела расширенные зрачки, которые смущённо прячутся за ресницами. Мне это начинало льстить, и я желала продолжения вечера.
Затем мы катались по городу в поиске хороших мест. На этот раз мы не молчали. Я показывала пальцем на дорогу, рассказывая, какие интересные истории происходили со мной на этих улицах.
— Ты успела изучить и этот город тоже? — удивился он.
— Я знаю только центр. Это место, где тусуются подростки Тенебриса, потому что дома им надоедает.
— Должно быть, это здорово, когда есть место, куда можно сбежать.
— Да, — согласилась я. — Только и здесь не очень, обычные кафешки и высокий переход на набережной.
— Там тебе нравится? — спросил Тони.
