— Точно, ты ничего не боишься, ты же смелая, — улыбнулся папа. Он знал, что ошибается.
На школьном дворе было не много учеников, я ещё долго думала перед тем, как выйти из машины. Колени невольно начинали дрожать, и сквозь дырки в моих брюках я видела, как они покрылись мурашками. Я открыла дверь и выпрямилась, будто в моей жизни всё отлично, и будто я не опаздываю на урок. Как и предполагалось, все смотрели только на меня, и не потому, что совсем недавно я стала королевой бала, и даже не потому, что в эту же ночь меня пытались убить, всех волновало то, как я имею ещё смелости вернутся в школу, и как мой отец имеет смелость отправлять меня одну куда-то.
— Привет, Белл, — улыбнулась мне Руби из класса по математике. — Рада видеть тебя.
— Привет, — кивнула я.
— Говорят, ты стала королевой бала?
— Серьёзно? Об этом говорят? Я думала, другие новости ходят по этой школе.
— Прости, мне жаль, — Руби быстро скрылась от меня.
И я пошла в школу, чувствую за спиной пристальный взгляд отца. Зайдя в школу, я чувствовала такой же пристальный взгляд Усача, он проводил меня до самого класса.
— Все будут пялиться, — сказала я вполголоса.
— На красоток всегда пялятся, — улыбнулся Усач.
Я сделала вид, что меня ещё смешат его шутки.
— Можешь не ходить на урок, я не твой отец, против не буду, — предложил он.
— Да ладно, всё нормально, это всего лишь обычный английский.
— Да, — кивнул Усач. — Английский можно вынести, в отличии от химии.
— Согласна. Хорошо, что у нас её нет.
Усач уставился на меня, как будто я призналась ему, что сама устраивают убийства в городе. Тогда только я догадалась, что его удивило так сильно.
— Я про саму химию, — уточнила я. — Не про мистера Келли.
— Да, — неловко кивнул головой Усач. — Я понял.
— Я пойду, — я кивнула головой в сторону кабинета английского.
Я открыла дверь, переступила через порог и вновь стала всеобщим обозрением. В классе стояла тишина. Готова поспорить, что её здесь не было до моего появления. Пять секунд молчания показались мне вечностью.
— Белл! — радостно соскочила со стула Эрика. — С возвращением!
Она подбежала ко мне и обняла до степени хруста костей. Остальные ребята тоже не спешили продолжать тишину, кто-то среди одноклассников начал аплодировать. Наверное, все уже знали о том, в какой операции я принимала участие, и некоторые, должно быть, считали это большим достижением, особенно для школьницы, которая за всю жизнь ни разу не совершала ничего по истине стоящего.
Мне не льстило это. Было бы лучше, если б все забыли всё обо мне, вплоть до самого имени. Может, это и не так плохо быть у всех на слуху, стать всеобщим объектом обсуждения, быть человеком, которому аплодируют одноклассники, но меня это пугало. Я не знала, как теперь относиться к ребятам из школы, более того, я не знала, как относиться к собственным друзьям. Страх поглощал меня, и чтобы от него спрятаться, я мечтала закрыться там, где до меня не достучится никто и никогда.
В столовой я ела бургер с морковной котлетой под пристальным взглядом Усача и ещё половины нашей школы. Смотрели на меня не только ученики, но и учителя, и уборщица, и повара, и электрик, зашедший в школу на пару минут.
— Без тебя в школе было скучно, — присела ко мне за стол Эрика и Рэй.
— Зачем ты надела капюшон? — удивился Рэй.
— Я… Мне холодно.
Эр-Эр переглянусь, думая, что я этого не заметила. Они только пришли с урока экономики, а я и Грейс с истории, на которой я, по своему старому обычаю, сидела в телефоне. И на этот раз мистер Миллер, хоть и видел, чем я занимаюсь, ничего не сказал. Казалось, учителя старались делать вид, что не замечают меня, потому что так им казалось проще. Только после истории ко мне подошёл школьный психолог со словами, что я всегда могу рассчитывать на его поддержку. Я обещала перезвонить по номеру, который он дал мне, но выбросила его, как только зашла в столовую.
Грейс ушла чуть раньше, чем мы, до этого мы не плохо болтали с ней. Казалось, она не обращала внимания на убийственный знак на моей стене, но в её взгляде была видна огромная непонятная мне искорка, будто она сожалеет, сожалеет намного больше остальных, как будто ей даже стыдно за то, что именно я испытываю страх.
— Что нового в школе? — спросила я, когда Грейс уже вышла из столовой. Я не задавала ей таких вопросов, потому что на них она не умела отвечать. В таких случаях она могла обойтись одним словом, но Эрика… Я знала, что её снова будет сложно остановить в разговорах.
— Ничего, — пожала плечами она. — Всё, как и раньше. Кевин стал больше времени проводить с Джесс, Фил подкалывает его, что они неплохая парочка, а Кев бесится. Думаю, она ему нравится.
Говорила она медленней, чем обычно, и без особого энтузиазма. Я изобразила улыбку, краем глаза замечая, как Тони подменил Усача.
— Это всё, — улыбнулась Эрика.
Мы ели в тишине, потому что они оба не знали, о чём мы можем поговорить. Я пыталась завести с ними беседу, но всё было безуспешным, они не спешили разговаривать со мной, как будто я разносила инфекционную заразу.
