Даже не верится, что голова распечатана на 3D принтере из настоящей органики! Виктор Александрович не стал экономить на мелочах, так что голова могла пройти как проверку сетчатки глаза, так и ДНК тест. Не прикопаешься.
— Дедушка, нужно её уничтожить. Это след, что может привести к нам! — чуть нервно зашептал внук.
Он явно чувствовал себя неуютно рядом с куском расчленённого трупа.
— Зря… хороший трофей, — я провёл ладонью по обвисшей холодной щеке, чуть шершавой от щетины. — Нужно помнить, какие враги пали по вашей воле. Кроме того, это просто забавно.
С демонстрацией закончили теперь можно перейти к следующему этапу переговоров:
— Так как голова не входила в условия нашей изначальной сделки, я бы хотел получить за неё плату. Небольшую. Чисто символическое возмещение усилий, что потребовались на её изъятие. Это было несколько проблемно.
Тонкий момент. Оставлять голову у себя я не собирался ни под каким предлогом. Но отдать её просто так было бы слишком подозрительно. Я всё же здесь на серьёзной сделке, а не подарки раздаю.
— За такое не грех и заплатить… Но не рассчитывай на барыши, — старик щербато усмехнулся. Мерзость. — Я уже подготовил тебе плату.
Вот тут я несколько напрягся. От злобного старика вполне можно ожидать и пулю в затылок! Ему хватит дури. Вдруг захочет подчистить хвосты и избавиться от исполнителя его воли?
И тут на стол один из слуг поставил небольшой деревянный ларец. Аккуратное, даже элегантное изделие с окованными уголками. На мой вопросительный взгляд глава рода лишь кивнул, предлагая открыть коробочку, и я не стал тянуть…
Хрустальное зерно лежало на мягкой подушечке. Аккуратное. Прозрачное. На вид эфемерное… Последние лучи солнца, прорываясь сквозь недостроенную крышу, россыпью бликов играли на гранях.
Я аж затаил дыхание. И не только от красоты, но и от ценности подарка.
— Я слышал, вы приехали недавно и заселились в новый дом… Так вот, это должно стать для него хорошей обновкой. Основа защитного артефакта, — с ухмылкой произнёс старик, заодно демонстрируя возможности своего рода.
Щедро… Даже очень! Я понимаю, что для династии, занимающейся строительством, достать подобное не проблема — у них наверняка есть и собственные запасы. Но тем не менее это стало признаком того, что меня ценят. И тонким намёком. Намёк на то, что обо мне собрали информацию, и я уже «на крючке».
Я с благодарным кивком придвинул к себе коробочку. Разумеется, от такого дара я отказываться не собирался.
— Вот и отлично, — старик с напряжением пододвинул к себе кейс с головой и закрыл крышку. — И новое задание. Нужно…
Я поднял руку. Старик гневно блеснул глазами, но всё же умолк, чуть выгнув кустистую бровь.
— Я бы не советовал спешить с новой работой. У меня большой ассортимент «несчастных случаев», но если ваши конкуренты и недоброжелатели начнут исчезать один за другим, то это вызовет нездоровые подозрения, — с улыбкой произнёс я. — Стоит выждать.
Я не заключаю сделки, которые не могу выполнить.
— А лучше и вовсе отложить эту затею в долгий ящик. Нам нужно задуматься о том, что делать с имеющимися активами, — поспешил поддержать меня внук.
Похоже, он единственный в этой семейке здравомыслящий человек.
— Я вас услышал, — с явным недовольством прервал младшего родственника старик. — Ладно. Выиграем тендер, тогда и посмотрим, — глава рода начал подниматься, и внук тут же подскочил, помогая. Даже протянул трость, впрочем, это не спасло его от брюзжания деда. — Тогда на этом простимся. Я вам позвоню!
И не оборачиваясь на меня, компания из трёх человек двинулась на выход из паршивой заготовки под особняк. Я поднялся неспешно и, пройдя несколько шагов, остановился у дыры окна, в которой не имелось даже рамы. Отсюда открывался отличный вид на поднимающийся флаер.
Было даже немного жаль Трощеных. После разговора с главой полиции я копнул чуть глубже в историю рода Трощеных и войну родов двухгодичной давности. Тогда этому роду сильно не повезло…
Он вступил в союз, который пытался держаться в стороне. Этот союз не признала ни одна из сторон конфликта, как результат: полгода войны на два фронта, на которой погибла большая часть рода.
Истощение ресурсов. Затем мощный удар, что уничтожил почти всех: остался только глава рода и его брат — сильнейшие в роду, четверо взрослых, что отсутствовали в то время в Петербурге и полдюжины детей, не достигшие четырнадцати лет.
После этого род Трощеных должен был выплатить репарации победителям. А затем, неустойки по сорванным контрактам — во время войны было потеряно много людей и техники. Это почти уничтожило род, который раньше был довольно богат.
И если долги они сумели выплатить, то вот вернуться в бизнес стало проблемой. Никто не желал их возвращения, уже откусив часть пирога.
Теперь я частично понимал то отчаянное безумство, на которое шёл глава рода ради победы в тендере — это последний шанс рода не разориться.
