Люблю монастырей я сумрачных покойЗа тихою, пустынною оградой, —Их корпусов высокий ряд немой,Их келейки с Распятьем и лампадой.Я сам в них жил — в тех келейках простых, —Вкушал покой — безмолвия отраду;За белую высокую оградуХодил мечтать о сладостях мирских…Мир звал к себе… и были властны зовы…И были дни, так горько было мне,Что жизнь пройдет под схимою суровой,В молитвенной и строгой тишине.И в эти дни душа рвалась на волю —В толпу и гул шумящих городов…И, сетуя, я клял свою неволю, —Был нелюдим, и мрачен, и суров…Я уходил далеко в глушь леснуюИ там блуждал в безмолвии один…Задумчивый, я слушал шум вершинИ жизнь свою жалел я молодую…………………………………………………………..И я ушел. Пусть будет проклят он,Тот день, когда с котомкой за плечамиЯ покидал такой чудесный сон!..Шагал, спешил в шумящий вавилон,Чтоб мир души навек смутить от страстояний…<p><strong>Мой плачь</strong></p>Вот когда даже слов не придумаю,Как проклясть тебя, город-палач!Всею мукой и злобой угрюмоюКомариный мой чувствую плач…Сердце города, — сердце бетонное,Пусть тебя воспоет кремень!Мое сердце, в бескрайность влюбленное,Рвется в зыбкую мглу деревень…Зыбит, зыбит дорога туманная,А за ней скитской дали затон.Ах, душа ты моя покаянная, —В замирающих сумерках — звон…Никому не отдам заповедное,Что стаилось чистейшей слезой, —Лишь тебе, память детства, нетленная:Только ты и осталась со мной!Вот они, мои радости тихие:Тихий дом… моя тихая мать…И тогда еще песни — стихи яСам собой научился слагать…Я впивал себя грусть непонятную,Не ребячье, ребенок, вдыхал,Чуял тайну во всем необъятнуюИ — недетски душой притихал…Ты влекла меня, Русь сладкозвоннаяУводила печально в скиты…То не пыль, а кадило иконноеПо тропам опыляло цветы.Как темнели глаза мои жадные,Когда вечер мне в душу глядел,Когда тихились звезды лампадные,Когда месяц над ветлой немел.Ни о чем тогда разум не спрашивал!Сердцем слушать, таиться и ждать,Как идет… как растет эта, страшная,Божья тайна, родная, как мать…Притихал… замирал… одиночествомСердце грелось и тайной цвело…Ах, теперь одного только хочется,Чтобы всё — и навек — отошло…В камнях буден душа истомилася,Мать и детство — на том берегу.Неземному душа отмолилася,А земное — принять не могу.Вот когда даже слов не придумаю,Как проклясть тебя, город-палач!Всею мукою сердца угрюмою,Мой бессильный я чувствую плач…1925<p><strong>«Мечтать о женщине… искать ее во всех…»</strong></p>
