— Как дополнение к нашим основным тренировкам, твой урок был невероятно полезен. И я благодарен, что ты согласился его провести. А мы и дальше будем рады периодически видеть тебя на дружеских спаррингах и мастер-классах.
— Да, конечно, — не стал настаивать Симон.
Он попрощался с гвардейцами и вышел с тренировочной площадки, раздумывая о том, чем же ему ещё заняться.
Конечно, именно в кругу бойцов он чувствовал себя наиболее уверенно и комфортно — фехтование было делом, которому он посвятил всю свою жизнь, и много о нём знал. Но Прохор прав. Некоторые его приёмы некроманты в принципе не смогут никогда повторить. В то же время он сам тоже не может многому от них научиться, и поэтому зависать тут каждый день было совершенно бессмысленно.
Но заниматься чем-то было всё-таки нужно, и он изо всех сил пытался придумать себе занятия.
С тех пор, как он переехал сюда из Вийон-де-Тур, то почти не видел князя Максимилиана Рихтера.
Да и не удивительно. На того разом навалилась целая прорва проблем. Так что Симон старался набраться терпения. В том, что уроки, в конце концов, наступят, и что князь про него не забыл, он был полностью уверен.
Его учитель не тот человек, который будет просто разбрасываться словами и забудет о своих обещаниях, это Симон понимал со всей точностью.
Но менее скучно ему от этого не становилось. Целыми днями он слонялся по резиденции Рихтеров или просто по Рихтербергу и пытался найти тех, кому может понадобиться его помощь.
Благородный и доброжелательный характер Симона не позволял ему просто так сидеть без дела, он рвался приносить пользу обществу, а потому в конце концов ему предложили пойти к Игнату и спросить у того, не найдётся ли для него какой-нибудь работы.
Найти Игната — это тоже, к слову, тот ещё квест. Симон потратил целый день, бегая за ним по всему городу. Главный строитель Рихтерберга был просто неуловим. Даже когда Симон уточнил в мэрии, где можно его найти, сделать это было не так-то просто.
Чаще всего Игнат так быстро перемещался по городу, что никто за ним просто не успевал.
Однако когда Симону это всё-таки удалось, тот даже сумел уделить ему целых две минуты своего драгоценного времени.
— На стройке тебе делать нечего, — сразу остудил его пыл старший Астер, даже не отрываясь от изучения чертежей, — лучше я договорюсь, чтобы тебя приставили к работе в мастерской химер. Возможно, ты знаешь, там заведует моя дочка, и ей часто нужны помощники.
— Я готов на любую работу! — с энтузиазмом отозвался Симон и, не теряя времени, отправился в мастерскую.
Алина, впрочем, не сразу придумала, чем его занять, но в конце концов отправила в зал приёмки сырья.
Тебе будет необходимо получать материалы и разделывать их на разделочном столе, — пояснила она, — если возникнут какие-то вопросы, то не стесняйся мне звонить.
Она оставила ему номер и ушла, а Симон взялся за работу.
Фаверо подошёл к этой задаче со всей серьёзностью, на которую только был способен, не подозревая, какие объёмы работы его ждут в первой же партии сырья.
Туши монстров очага поступали в мастерскую нескончаемым потоком. Симон, как искусный мастер клинка, сразу смекнул, почему его определили именно сюда — кто лучше него сможет виртуозно разделать эти громадины на аккуратные части? Бросив внимательный взгляд на образцы, разложенные перед ним на блестящем металлическом столе, он засучил рукава и взялся за дело, стремясь в точности повторить безупречную технику разделки.
Парень старался работать без промедлений, но туши прибывали с какой-то фантастической скоростью, словно где-то наверху работал целый конвейер по добыче этих существ. А, вероятнее всего, так и было.
Вскоре Симон взмок от напряжения, руки гудели, а гора неразделанных монстров росла с угрожающей быстротой. «Как же здесь справлялись раньше?» — недоумевал он, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. 'Неужели тут работала целая бригада мастеров клинка? Но куда же они все подевались?
Когда неразделанных туш накопилось столько, что они едва не доставали до потолка, в мастерскую спустилась сама Алина.
Какое-то время она с любопытством наблюдала за героическими усилиями Симона, чуть склонив голову набок и скрестив руки на груди. Затем, не проронив ни слова, просто подошла к одному из разделочных столов и нажала на ярко-красную кнопку с большой надписью над ней: «Авторазделка».
В тот же миг из стола вырвалась целая армада сверкающих клинков, а сверху опустился прозрачный купол, усеянный разнообразными ножами и пилами.
Механизм заработал с впечатляющей скоростью — и то, над чем Симон корпел часами, обливаясь потом, заняло у автоматики каких-то пару минут.
— Прости, Симон, — сказала Алина, с трудом сдерживая смешок, — кажется, я забыла упомянуть, что для разделки туш достаточно просто нажать на эту кнопку. Если честно, думала, что это очевидно, — кивнула она на надпись.
Симона окатила волна жгучего стыда. Щёки вспыхнули так, что, казалось, от них можно зажечь факел.
— Да, конечно… Мне стоило уточнить, — пробормотал он, внезапно заинтересовавшись узором на полу.
