— Было ещё несколько подобных случаев. Но закономерность одна: стоило кому-либо слишком громко заговорить об опасности Очагов, начать распространять информацию, а уж тем более добиться каких-то успехов в вопросе противодействия им, как эти люди либо исчезали, либо по каким-то причинам резко меняли своё мнение и начинали пропагандировать совершенно противоположные вещи. Либо просто умирали, как этот парень.
— Неужели у нас совсем нет никаких вариантов? — задумчиво спросил я, делая глоток любимого напитка, — Может быть, имеет смысл связаться с теми, кто изменил своё мнение? Очевидно, что изначально их, скорее всего, подкупили или запугали, но теперь мы можем предложить им защиту.
Лифэнь покачала головой.
— Большинство из них уже умерли от старости, — с сожалением произнесла она. — Конечно есть один вариант… но с ним тоже всё сложно, — она тяжело вздохнула.
— Что ты имеешь в виду? — переспросил я, подавшись вперед.
— Дело в том, что он отбывает пожизненное заключение якобы за попытку теракта.
— Что ж, это уже что-то, — я почувствовал прилив энергии. — И где именно он сидит?
Лифэнь снова вздохнула, а затем подняла на меня глаза:
— В одной из темниц, принадлежащих великому клану Канвар.
— Арджун Сундарам, — произнесла Лифэнь, выводя на экран фотографию учёного.
Это оказался смуглый мужчина средних лет с острым, пронзительным взглядом карих глаз. Именно они сразу же притягивали к себе взгляд. Даже на мониторе казалось, что он смотрит так, будто рассчитывает заглянуть нам прямо в душу.
— Никакой он не террорист, — внезапно подал голос Симон.
Я с удивлением взглянул на своего ученика.
— Что ты имеешь в виду?
— Я знаю этого учёного, — ответил тот, выпрямившись в кресле. — Не так хорошо и близко, как хотелось бы, но достаточно для того, чтобы быть уверенным в том, что говорю.
— Значит, его посадили не так давно, — догадался я, учитывая, что Симон был, очевидно, довольно молод даже по меркам обычных людей, а тем более магов.
— Да, — кивнула Лифэнь, постукивая пальцами по краю стола. — Это произошло всего пять лет назад. Можно сказать, мы не успели совсем чуть-чуть.
Я усмехнулся. Это обнадеживало. Времени действительно прошло не так много, и возможно, Арджун ещё не успел потерять здоровье и разум в застенках канварских казематов.
— Выходит, пять лет назад ты жил в Синде? — снова обратился я к Симону.
— Да, — ответил он, и в его глазах мелькнули тени воспоминаний. — Там живут много интересных людей. А главное, много мастеров боевых искусств. Так что мне было чем заняться.
— И при каких обстоятельствах ты познакомился с Арджуном?
— Ничего особенного, — пожал он плечами. — Мы просто жили по соседству. Это был в высшей степени скромный человек. Очень добрый, приветливый.
Симон нахмурился, его голос стал жёстче:
— Плохо стало только после того, как начался судебный процесс над ним. Сразу же нашлись десятки свидетелей, которые якобы близко его знали, но которых никто из реального окружения Арджуна никогда не видел.
Я хмыкнул:
— А ты знал про его исследования?
— Честно говоря, нет, — признался Симон, вновь откинувшись в кресле. — Я знал, что он учёный, но никогда не вдавался в детали.
Я задумался. Даже если они не были близки, в любом случае, человек, лично знакомый с объектом нашего интереса, мог бы быть полезен. Поэтому я снова спросил:
— Симон, ты готов отправиться со мной в Синд?
— Разумеется, — ответил он, даже не задумываясь. — Если это необходимо, я поеду с вами куда угодно, учитель, — слегка склонил он голову в знак уважения.
Лифэнь в этот момент подавила смешок.
— Узнаю тебя, — сказала она, глядя на меня с лёгкой иронией. — Раньше я бы наверняка удивилась и попыталась тебя отговорить. Но, теперь, честно говоря, я и не ожидала иного. Просто была уверена, что ты мгновенно примешь решение поехать в Синд, чтобы вызволить Арджуна из темницы. Какой бы опасной и невыполнимой на первый взгляд ни была эта задача.
Я усмехнулся:
— Что поделать, сама говоришь, что других подходящих нам специалистов больше нет. А уж тем более, если его осудили незаконно… Не помешает восстановить справедливость.
Я не стал говорить это вслух, но подумал, что раз парня упрятали в темницу, то он наверняка знает что-то интересное.
На этом мы закончили разговор, и я, не теряя времени, начал готовиться к отправке в Синд, местность, которой правил мой старый знакомый Ракша Канвар.
Надо сказать, что сам я там никогда не бывал, так что не смог бы даже оценить, насколько она изменилась за последнюю тысячу лет. Для меня что тогда, что сейчас это будет совершенно новое место.
Мои интересы мало пересекались с интересами Канвара, поэтому не было никакой необходимости появляться на его землях. Мы не дружили, и в гости он меня не зазывал. Да и вообще, из всех князей Ракша был наибольшим затворником и не жаловал в принципе никаких гостей.
Больше всех мой скорый отъезд расстроил Октавию. Мы встретились с ней вечером. Она огорчилась, но старалась не подавать виду, понимая, что все мои путешествия обусловлены суровой необходимостью, а не прихотью.
