Первые годы, может быть даже сотни лет, наверняка она мечтала о спасении. Мечтала выбраться отсюда и о том, чтобы вновь оказаться среди людей.
Но время шло. Она, словно фея, хлопотала над своим островком. Она создала для себя настоящее убежище со всеми удобствами, какие только смогла организовать.
Для неё это действительно уже настоящий дом, а не временный приют.
Впрочем, на этот счёт мне сразу же пришла идея.
Вот только озвучить я её не успел.
Земля под нами завибрировала, а затем мы услышали громкий топот. Что-то огромное двигалось в нашу сторону.
А через несколько секунд мы услышали мощный звериный рёв.
Елена испуганно вздрогнула.
— Это босс очага, — тихо сказала она, — но почему он здесь? Ядро очага далеко отсюда.
— Насколько далеко? — насторожилась внучка.
— Достаточно, чтобы мне не приходилось вообще вспоминать о его существовании, — тут же отозвалась встревоженная Елена.
Она поднялась из-за стола и подошла к окну, вглядываясь в ветви деревьев, с той стороны, откуда донёсся рёв.
Я тоже встал, но сразу пошёл к двери.
Что бы здесь не делал босс, но раз он подобрался к нам так близко, то придётся его убить. Я не слишком верил в то, что это совпадение, и он просто пройдёт мимо.
Так что решил не терять времени. Я видел, как дорожит своим хозяйством Елена, и не мог позволить какой-то твари очага его разрушить, особенно в тот момент когда мы только начали договариваться о переезде.
Предчувствие не обмануло меня. Вскоре деревья на краю поляны затряслись, словно от землетрясения, и перед домом появился исполинский медведь.
Его бурая шерсть была покрыта проплешинами и даже как будто бы глубокими ранами, из которых сочилась зеленоватая жидкость, а глаза светились зловещим алым светом.
Но, несмотря на то, что его мутации выглядели чудовищными, сам монстр явно не чувствовал от них неудобств. Не удивлюсь, если зелёная жидкость, которой он истекал, на самом деле ещё одно его смертоносное оружие — яд.
Чудовище возвышалось над нами, в несколько раз превосходя размерами обычного лесного зверя. Я бы сказал, что медведь был гораздо ближе к Дино, чем к своим обычным сородичам. К счастью, до массы нашего динозавра он не дорос, но опасность от этого не уменьшалась.
— Ну уж нет, — решительно произнесла Ольга, выходя во двор, — эта женщина и так пережила слишком много потерь, чтобы мы позволили каким-то тварям очага здесь хозяйничать.
Она сразу же активировала теневой клинок, не только словом показывая, что готова сражаться.
Впрочем, внучке дай только повод! Уговаривать её никогда не приходится.
Елена тоже не собиралась сдаваться без боя. Она выскочила на крыльцо, и по её сигналу из амбара вылетели костяные гончие. Их глазницы горели зеленоватым пламенем. Псы выстроились полукругом, ощетинившись костяными наростами и низко рыча.
Дед появился последним, неторопливо выплывая из дверного проёма. Его бледное лицо не выражало ни тревоги, ни спешки — чужие проблемы его мало волновали.
— Елена, — скептически заметил он, окидывая взглядом гончих, — неужели у тебя не найдётся химер получше? Ты всерьёз полагаешь, что они могут оказать достойное сопротивление этому монстру?
Женщина смутилась, но тут же с достоинством выпрямилась.
— В обычных обстоятельствах мне вполне хватало моих гончих, — ответила она. — Не стоит их недооценивать. Возможно, мы даже избежим сражения — я попробую увести босса обратно к центру очага.
Дюжина костяных псов окружила медведя, двигаясь с удивительной слаженностью. Я решил выждать, подав знак Ольге не вмешиваться. Мне было интересно оценить мастерство Елены как поводыря химер.
Гончие действовали по классической тактике «бей и беги». Они атаковали поочерёдно, из разных направлений. Сначала быстро подскакивали, впивались острыми зубами в бок или ногу монстра, а затем моментально отпрыгивали, не давая тому возможности нанести ответный удар.
Разумное решение, ведь прямое столкновение было бы для них сущим самоубийством. Одного удара мощной когтистой лапы хватило бы, чтобы превратить любого пса в груду раздробленных костей.
Тактика приносила результаты. Шкура медведя покрылась множеством мелких ран, из которых сочилась та же зеленоватая жидкость, а её капли постоянно попадали на гончих. К счастью, мёртвым питомцам было совершенно плевать ядовита она или нет.
Зато сама тварь ревела от боли и ярости, неуклюже поворачиваясь вслед за ускользающими противниками.
Однако что-то шло не так. Несмотря на все усилия Елены, монстр упорно отказывался возвращаться к ядру очага.
Даже когда несколько гончих демонстративно побежали в том направлении, медведь лишь мельком взглянул на них и снова повернулся к дому. Его поведение казалось неестественным, словно им двигала какая-то иная цель.
Я решил проверить свою догадку.
— Ольга, — крикнул я, — давай вместе с гончими!
Внучка сразу всё поняла, кивнула и, сняв заклинание ложной смерти, бросилась к лесу в сопровождении нескольких псов.
Если медведь игнорировал мёртвых созданий, то живого мага он просто не мог не заметить.
