— И наконец, — Арджун указал на третий ящик, где лежала конструкция, напоминающая огромную круглую антенну, — передатчик. Через него энергия от лазуристов транслируется в окружающий мир, создавая поле воздействия.
Я вздохнул. Компактность — понятие относительное, особенно когда речь идёт о научных экспериментах.
— Сколько времени займёт сборка на месте? — спросил я.
— Минут сорок, — уверенно ответил Арджун. — Мы отрепетировали процедуру несколько раз.
— Хорошо. Тогда другой вопрос — кто из вас поедет со мной? Напомню, что только маги с даром некроманта могут нормально чувствовать себя в очагах скверны.
Учёные переглянулись, и я увидел в их глазах решимость.
— Мы все хотим поехать, — твёрдо сказал Луи. — Нам нужно собственными глазами увидеть, как работает наше изобретение.
— Луи, — терпеливо начал я, — ты же помнишь, что произошло в прошлый раз? Когда тебя отравили муравьи своим токсином?
Вийон кивнул:
— Помню. И помню, что мне повезло выжить и сохранить рассудок только потому, что я Вийон. Наша способность к регенерации спасла меня.
— Именно. И что изменилось?
Луи выпрямился:
— Изменилось то, что я следил за исследованиями в Старом Форте. Разработка сыворотки продолжается. То, что мы имеем сейчас, — это уже совсем не тот же чистый токсин, которым меня тогда отравили муравьи. Это контролируемый препарат с просчитанной дозировкой.
Арджун решительно шагнул вперёд:
— Максимилиан, я понимаю все риски. Но я готов рискнуть. Мы ведь идём в очаг самого слабого уровня, альфа-ранга. Если что-то пойдёт не так, вы сможете быстро эвакуировать нас за его пределы.
Даже Елена неожиданно встала на сторону своих коллег.
— У меня дар некроманта, — начала она. — Я могу войти в очаг без дополнительной подготовки. Но эта технология — результат нашей совместной работы. Мы все имеем право увидеть её в действии.
Октавия, которая молча слушала разговор, кивнула:
— И я тоже хочу поехать. Мне интересно посмотреть, как установка будет работать в реальных условиях. Я уже не так слаба, как ещё недавно. Ты сам видел, что я спокойно переношу маленькие дозировки скверны, как в Старом Форте. Так что немного времени в альфа-очаге мне не повредит.
Даже дедуля Карл, до этого момента молчавший, хмыкнул:
— Знаешь, Макс, я думаю стоит им довериться. В конце концов, Луи и впрямь отлично знает, на что способна их сыворотка.
Я задумался. Конечно, дед как всегда волновался лишь о своих интересах и интересах клана, так что разумеется он не мог выступить против ещё одного интересного эксперимента.
При этом его мало волновало не мутирует ли при этом случайно Арджун или Луи.
Но всё-таки, как и все остальные, он был в чём-то прав.
Альфа-очаг действительно представлял минимальную опасность. А присутствие при эксперименте всех создателей технологии могло оказаться критически важным для дальнейшей разработки.
Да и новые тесты для сыворотки тоже не повредят, Луи себе не враг и не самоубийца, если он утверждает, что препарат достаточно проверен, значит у него есть на это основания.
— Хорошо, — наконец сказал я. — Но с одним условием. Если я посчитаю, состояние Арджуна или Луи критическим, то они немедленно покинут зону испытания. Без каких-либо возражений, попыток задержаться и как-то саботировать мой приказ ради того, чтобы подольше понаблюдать за ходом эксперимента.
Я специально сделал столько уточнений, потому что знал, что фанатики своего дела, ради этого самого дела порой готовы на всё. Даже рисковать собственной жизнью.
А вот я на такое идти не собирался. Каждый из моих учёных был мне важен. Не для того, я вытаскивал Арджуна из тюрьмы Канваров, чтобы он мутировал в какую-нибудь обезьяну в первом же очаге.
И вроде бы меня хорошо поняли.
— Согласны, — хором ответили учёные.
— Отлично. Тогда я сейчас привезу сыворотку из Старого Форта, а вы начинайте собираться в дорогу.
На Птере слетать туда и обратно было не трудно. Дракона по таким пустякам я пока предпочёл не гонять. За владение столь серьёзной мощью приходилось расплачиваться энергией, которую он поглощал. И брал он её не из воздуха, а как и все химеры, от некроманта, который им управлял.
Так что старый добрый Птер своей актуальности не терял.
Когда я вернулся обратно, тестовый аппарат уже погрузили на особую химеру — Черепашку. После недолгих раздумий было решено, что именно она лучше всего подойдёт для нашей целей. С появлением более сильных и универсальных химер, мы редко брали её на задания, но я помнил каждого питомца из тех, что мы создавали для различных задач.
Когда-то Черепашка лучше всего проявила себя во время битвы с кланом Джао. Она стала ультимативным аргументом в штурме их айти-центра.
Тогда же, главным трофеем в той войне, как оказалось, стала наша незаменимая Лифэнь.
Это был всего лишь один из кланов, к которому она прибилась скрываясь от своего чокнутого папаши.
И, как всегда, хакерша, словно прочитала мои мысли.
