Когда мы вновь выровнялись, дракон… засмеялся. Не голосом, конечно, но я явственно почувствовал его эмоции через некромантическую связь. Он радовался удавшейся шалости, как ребёнок.
— Что за чёрт⁈ — воскликнул я, проверяя, все ли на месте. — Я не давал такой команды! Мне этого хватило и во время сражения, когда он пытался меня сбросить!
— Макс, это нормально? — испуганно спросила Ольга.
Я посмотрел на ведьмочку:
— Октавия, это и есть эффект твоего артефакта? Дракон становится сумасшедшим?
Октавия покраснела:
— Нет! Совсем не в этом дело! А вообще… посмотри на нас сейчас глазами своих теневых разведчиков.
Я нахмурился, но послушался. Активировав связь с одной из птиц-шпионов, кружащих поблизости, я взглянул на нас со стороны.
И не увидел ничего.
Сэр Костиус вместе с нами, его наездниками, полностью отсутствовал в поле зрения разведчика.
— Невидимость? — изумился я. — Цилиндр — это шапка-невидимка?
— Не совсем, — смущённо объяснила Октавия. — Это способность создавать иллюзию, подобную той, которая есть у Дейла. Именно изучая его дар, я смогла повторить эффект в артефакте.
Я задумался. Это было действительно крайне полезно. Пусть иллюзия и развеивается, когда дракон атакует или использует магию, но возможность скрытно перемещаться, не привлекая внимания всего мира… Это открывало совершенно новые тактические возможности.
— Звучит круто, — сказала Ольга. — Но остаётся вопрос — почему всё-таки наш джентльмен самоуправствует?
Октавия ещё больше смутилась:
— Я… у меня есть предположение.
— Какое? — спросил я, хотя и сам уже начал догадываться, вспоминая как совсем недавно она показывала мне свою мастерскую с её новыми мёртвыми слугами.
И Октавия действительно вернулась к этому эпизоду:
— Помнишь, у меня обнаружился дар внушать умертвиям характер? Благодаря сочетанию способностей менталиста и некроманта?
— Помню, — кивнул я. — И что же, ты внушила характер дракону?
— Я специально ничего такого не делала! — поспешно заверила она. — Но работая над сэром Костиусом, я иногда… просто представляла его лихим, весёлым и немного… хулиганистым.
Я хмыкнул. Значит, малышка Сципион неосознанно наделила дракона собственными представлениями о его характере. И теперь у нас есть костяной дракон с повадками озорного подростка.
— Это нечто новое в некромантии, — признался я. — То, что способно удивить даже меня. Очень интересно, что из этого получится.
— Ты… ты не злишься? — тревожно спросила Октавия.
— Наоборот, — успокоил я её. — Так даже лучше. Умертвие с характером — это необычно и может оказаться весьма полезным.
Сэр Костиус тем временем сделал плавный вираж, словно желая показать, как он доволен моими словами. Я почувствовал через связь что-то вроде довольного мурчания.
— Давайте сделаем ещё пару кругов, — предложил я. — Нужно лучше изучить его поведение.
Следующие полчаса превратились в увлекательное знакомство с новой личностью нашего дракона. Он то делал неожиданные виражи, заставляя нас крепче держаться, то вдруг замирал в воздухе, планируя на распластанных крыльях.
— Он действительно делает это! — рассмеялась Ольга. — Демонстрирует свои способности!
— Настоящий артист, — согласилась Октавия.
Когда сэр Костиус решил пролететь между двумя башнями старого форта, оставив всего пару метров до стен, я понял, что он определённо унаследовал от Октавии склонность к драматическим эффектам.
— Ладно, хватит развлечений, — сказал я, отдавая команду на посадку. — На сегодня достаточно шалостей.
Дракон послушно пошёл на снижение, но напоследок не удержался и сделал эффектный штопор, прежде чем плавно приземлиться на поляну.
— Вот это полёт! — восторженно воскликнула Ольга, слезая с дракона на ватных ногах.
— Я в восторге, — призналась Октавия. — И кажется, сэр Костиус тоже счастлив.
Дракон действительно выглядел вполне довольным собой. Он гордо поднял голову, и цилиндр сидел на ней как корона.
— Что ж, — сказал я, похлопав его по шее, — думаю, мы нашли себе очень интересного спутника. Осталось только научиться с ним договариваться.
Сэр Костиус издал довольное рычание, которое можно было истолковать как согласие.
— Я всё-таки думаю, что нам доплачивать должны, — пыхтел Курт, самый молодой из группы. — За опасность.
Отряд из шести наёмных рабочих с трудом поднимался по горной тропе, таща за собой пустые телеги и проклиная тот день, когда согласились на эту работу.
— Какая ещё опасность? — отмахнулся бригадир Герман, крепкий мужчина с седой бородой. — Чистильщики из Рихтерберга уже всё здесь обработали. Скверну переработали, монстров убили. Нам только подняться, забрать ящики и спуститься.
— А вдруг что-то пропустили? — не унимался Курт. — Вдруг там какая-нибудь тварь осталась?
— Тогда беги домой к маме, — буркнул Франц, тощий мужик с кислым выражением лица. — А мы деньги заработаем.
Остальные рабочие — Вилли, Отто и Ханс — молча тащили телеги, экономя дыхание для подъёма. До плато оставалось совсем немного.
— К тому же, — добавил Герман, — работа простая. Ящики с кристаллами уже готовы, их только погрузить и везти в Турм. Оттуда груз отправится в Рихтерберг. Обычная доставка.
