В конце концов Эмануэль успокоился, и дверь открылась, показав покрасневшие глаза разъяренного дракона. Он сел в кресло рядом со мной.
- Все, что тебе нужно, чтобы я сделал. Я здесь, - хрипло произнес он.
Я кивнул.
В зале ожидания воцарилась тишина. Наконец прибыли Бекки, Сэмми, Джордж и Дин с мастером Лонгвеем.
Моя мать отвела Сэмми и Бекки в сторону, чтобы рассказать им, что случилось с Еленой. Они обе плакали и были сердиты.
Сестра подбежала ко мне, слезы катились по ее щекам. Она обвила руками мою шею, влезая коленями на стул рядом со мной. Она долго ничего не говорила, просто плакала навзрыд.
- Обещай мне, что они заплатят, - наконец произнесла она сквозь рыдания.
Я стиснул зубы, чтобы сдержать свое опустошение так сильно, что слова не могли вырваться наружу.
Никто больше не произнес ни слова, пока мы ждали Констанс. Я закрыл глаза и позволил мрачным мыслям поглотить меня. Их запах все еще витал во мне.
Чья-то рука коснулась моего плеча, и я открыл глаза.
Эмануэль выглядел так же, как я себя чувствовал.
- Тебе нужно сделать заявление, Блейк. Они не хотят ничего слышать ни от Гельмута, ни от меня. Они хотят знать, что ты собираешься делать.
- У меня нет времени...
- Она - принцесса, а ты - ее дракон. Тебе нужно что-то сказать.
- Хорошо. - Я протопал вниз по лестнице.
Снаружи было море репортеров. Елена была права, они действительно выглядели как нашествие тараканов. Когда я подошел, врач стоял на трибуне и разговаривал с ними.
Они толпой устремились ко мне. Их камеры светили мне в лицо, и все они одновременно выкрикивали свои вопросы.
- Блейк, с принцессой все в порядке? Ты ее видел? Правдивы ли эти слухи? Правда ли то, что сказал доктор? Что ты будешь делать?
Доктор отступил в сторону, чтобы дать мне возможность ответить.
- Она в безопасности, но ей нужен отдых. Ответственные за это люди дорого заплатят за эту ошибку. Я не успокоюсь, пока не найду их и не устрою им ад. Это моя Драконья клятва. А пока дайте ей время подлечиться. Идите домой. Она с близкими людьми.
Последовали новые вопросы, но я вернулся в здание.
- Это не то, что я имел в виду, - сказал Эмануэль.
- Стоп, - рявкнул я, когда мы вошли в лифт.
- С ней все будет в порядке.
- Как, Эммануэль? Перестань так говорить. Меня не было рядом, когда она больше всего во мне нуждалась. Она никогда не будет доверять мне.
- Тогда ты начнешь с самого начала. Поддержишь ее, станешь другом, покажешь ей, что она может тебе доверять.
- В этом-то и фишка доверия. Как только оно сломано. Ты никогда полностью не получишь его обратно.
- Просто будь там. Будь таким, каким она хочет, чтобы ты был.
- А это ничего не значит. - Двери лифта открылись, и Бекки бросилась ко мне.
- Она проснулась, но Констанс пришлось дать ей что-нибудь успокоительное.
- Что?
Слезы катились по лицу Бекки, и Джордж крепко обнимал ее.
- Я никогда раньше не слышал, чтобы она так боялась. Это не Елена. Елена ушла. Они сломали ее, - сказала она.
- Бекки, пожалуйста, - сказал Джордж.
В глубине зала ожидания мой отец крепко обнимал Сэмми, а мама разговаривала с Констанс. Я протиснулся мимо Бекки и Джорджа, чтобы подойти к Констанс.
- Что случилось?
- Она проснулась, но я не знаю, что творится у нее в голове. Она боялась Гельмута.
- Что? - Я смерил Гельмута убийственным взглядом.
- Блейк, - мягко сказал Эмануэль.
Но я уже был сверху на Гельмуте, схватив его за рубашку.
- Что ты сделал? Почему она тебя боится?
- Блейк, прекрати это, - закричал Эмануэль, пытаясь оттолкнуть меня от себя.
- Я не знаю. Клянусь. Я сам искал ее. Мой дракон искал вместе с тобой день и ночь. Я не имею к этому никакого отношения.
Вокруг нас собирались люди. Я отпустил его. Мой разум помутился.
- Успокойся, черт возьми, - сказал Эмануэль. - Мы не знаем, в каком настроении она находится. Я обещаю, Гельмут не имеет к этому никакого отношения. Я бы знал. Подожди, пока она не придет в себя, чтобы рассказать нам.
В тот момент я возненавидел его. Если его всадник....
- Наберись терпения. Она здесь. Она жива. Дай ей время. Возможно, есть еще одна причина, по которой она боится Гельмута.
Я медленно кивнул.
- Лучше бы он был невиновен в этом. Я клянусь тебе, Эмануэль.
- Знаю. - Слезы навернулись у него на глаза.
Я вытер лицо и вернулся к Констанс.
- Могу я ее увидеть?
- Блейк, у нее обезвоживание и...
- Я видел, как она выглядела, когда ее нашли. Поверь мне, мои воспоминания хуже твоей картинки.
Она кивнула и повела меня в комнату Елены.
Я вошел, и у меня чуть не подогнулись колени. Она была избита. Сломана. Она была такой худой, что скулы выступали на ее лице острыми углами. Констанс ждала, пока ее состояние стабилизируется, и тогда она вылечит ее должным образом. Это не имело бы значения. Ласточкокрылые могли исцелять только тело, но не разум.
Мое тело затряслось, когда я уставился на нее.
- Мне так жаль, - сказал Эмануэль, обнимая меня.
Я перестал плакать, придвинул один из стульев к ее кровати и плюхнулся на него. Я коснулся ее нежной руки, и по моим щекам покатились новые слезы.
- Обещаю, что они заплатят за то, что сделали с тобой.
***
