— Которые рано или поздно погибнут, независимо от того, получила ли она сущность или нет, — закончила Люсиль свое предложение.
Я усмехнулся.
— Что? Не верите в их драконов?
Этьену это показалось забавным, а Люсиль прищурилась, но уголки ее губ дернулись.
— Время от времени у меня возникают сомнения.
Она поцеловала Елену в макушку.
Рука Этьена снова коснулась моей руки.
— Еще раз спасибо, Блейк.
— Перестань говорить «спасибо», пожалуйста.
Люсиль подошла и обхватила меня руками за торс.
— Мы всегда будем благодарны, Блейк.
Они попрощались и ушли.
Отец также навещал меня при каждом удобном случае. Вероятно, хотел посмотреть, как у Елены дела с обновлениями для его всадника.
— Как у него дела?
— Встречается с Лео ежедневно. По ночам ему снятся ужасные сны.
— Я бы удивился, если бы это было не так, папа. Ты рассказал ему о Елене? Что случилось с ней в Итане?
— Он еще недостаточно силен, Блейк.
Я провел руками по волосам. Эти люди были такими неприятными.
— Папа, он должен знать.
— Он узнает. Дай ему время успокоиться и разобраться с прошедшими семнадцатью годами, пожалуйста.
— Хорошо, — сказал я, и отец поцеловал Елену в макушку и ушел.
Мама или тетя обычно приходили ночью, чтобы снять повязки с Елены, и я использовал это время, чтобы принять душ или подышать свежим воздухом. Я не мог смотреть на шрам, за который нес ответственность. Он был длинны и некрасивый, и тетя никогда не переставала винить меня в глупости. Но я был в отчаянии. Либо это, либо позволить ей умереть, а о смерти не могло быть и речи.
Перед тем как лечь спать, я провел визуализацию с Еленой. Это тоже стало моим любимым занятием, потому что она всегда выглядела такой нормальной, такой настоящей. Сон казался реальностью, а реальность была кошмаром.
Что, если ее отец был прав? Что эта миссия была напрасной. Дин умер. Кто знает, сколько еще людей тоже погибло. Увидев Люсиль и Этьена, я понял, что оно того стоило. Это казалось правильным, и это было то, за что я собирался держаться. Елена проснется. У нее не было выбора.
На следующий день Айзек и Тай вошли в мою комнату.
— Черт, — радостно завопил Айзек. Его лицо засветилось, как фейерверк, и его улыбка могла бы обвесить голову по кругу, если бы не уши. Легко было сказать, что он был доволен результатом.
Он дал пощечину — а-ля рукопожатие.
— Так приятно видеть тебя живым, Блейк. — Тай посмотрел на Елену. — Итак, когда, черт возьми, ты снова почтишь нас своим присутствием, принцесса?
— Тай, — отругал я его.
— Что, ей, блядь, нужно проснуться? — Он игриво пнул край ее кровати, и Айзек рассмеялся.
Я покачал головой, глядя на этого идиота.
Они оба поудобнее устроились на стуле и на диване-комоде, стоявшем у стены.
— Так что привело тебя во дворец? — Я посмотрел на Айзека, который сидел на сундуке.
— У моего отца и нескольких старейшин назначена встреча с королем.
— Королем Альбертом? — Моя левая бровь приподнялась.
Айзек оперся локтями о колени, подавшись вперед.
— Я слышал, вы двое поссорились.
— Как, черт возьми, ты это услышал? — Я скрестил руки на груди, сидя, прислонившись спиной к изголовью кровати.
— Подобные новости распространяются быстро, Блейк. Как это было?
— Он кричал на меня, потому что мы освободили Итан. Ведет себя так, будто Елена уже мертва. Я просто поставил его на место. Он не знает, кто его дочь, точно так же, как она не знает, кто ее отец, так что да, я говорил только правду.
— Ой, — донесся ответ Тая со стула рядом с кроватью Елены. — Наверное, это было нелегко услышать. Как получилось, что король все еще жив? И какого, черт возьми, ингредиента не хватало?
Я усмехнулся.
— Нашей крови. Она смешала нашу кровь. — Я уставился на фигуру Елены рядом со мной. — Она догадалась об этом, как и обещала Бекки.
— Я был не так уж далек от истины. — Айзек улыбнулся.
— Да. Я должен был догадаться. Обе наши крови волшебны, и, взятые вместе, они были еще более особенными. Это было единственное, чего Горан не мог понять, так как тогда он думал, что она — дракон.
Молчание затянулось, когда я упомянул имя Горана.
Айзек прочистил горло.
— Я слышал, его тело все еще находится в морге.
— Они должны были сжечь его.
— Да, Итан действительно изменился. Это совсем не то место, которое я помнил, — вздохнул Айзек.
Тай посмотрел на него и спросил:
— Как, черт возьми, ты можешь помнить, каким был Итан?
— Я гребаный Орел, вот почему.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я — гений, Тай.
Я смеялся над их препирательствами.
Заговорил Айзек:
— Она проснется, Блейк. Я полностью доверяю ей.
— Я знаю, что она проснется. Она любит не торопиться.
— Ты слышал о Гельмуте? — спросил Айзек.
Я кивнул.
— И Дине. Сэм будет так зла, когда проснется.
Айзек провел рукой по волосам.
— Мне жаль. Мы добрались туда так быстро, как только смогли. Мы сражались со множеством Виверн, и когда увидели, что Джордж набирает силу, я понял, что все, что он собирается выпустить, будет смертельным. Поэтому я схватил столько оборотней, сколько смог, и крикнул остальным, чтобы они прятались. Джордж как бы взорвался. Повсюду было электричество.
— Это было чертовски круто, — съязвил Тай.
