— Это правда? — выдохнул он. — Барристер Марчмаунт убит? Как только я услышал об этой отрубленной ноге, я сразу подумал…
— Да, Билкнэп, это нога несчастного Марчмаунта. Но пока никто не должен знать о его гибели. От имени лорда Кромвеля я приказываю вам держать эту печальную новость в секрете. Думаю, вы сами понимаете, что угроза нависла над всяким, кто хотя как-то связан с греческим огнем.
— Но я здесь совершенно ни при чем! — взревел Билкнэп, в досаде размахивая руками. — Шардлейк, я тысячу раз вам повторял, что знать не знаю про этот ваш огонь! Да, сэр Ричард пытался оказать на вас давление. Но его интересовало исключительно дело о монастырских владениях, а не этот проклятый огонь! Да, я передал записку, но никакого другого отношения к этой пакости я не имею.
От страха и злости Билкнэп едва не подпрыгивал на месте. Наконец-то я имел случай увидать, как он утратил все свое хладнокровие.
— Надеюсь, вы ничего не рассказали Ричу о греческом огне?
— Зачем? Чтобы настроить против себя графа? Я не так глуп!
Я протянул ему лист бумаги.
— Вот список дел, которых я лишился в последнее время. Вы можете подтвердить, что именно эти клиенты отказались от моих услуг по настоятельной просьбе Рича?
Билкнэп пробежал список глазами и покачал головой:
— Не знаю. Сэр Ричард сказал мне лишь, что вас надо слегка проучить. Он намеревался лишить вас нескольких клиентов. Но о каких именно делах шла речь, я понятия не имею.
Билкнэп помолчал, запустив руку в свою спутанную белокурую шевелюру.
— Послушайте, я в опасности, и мне необходима защита! — выпалил он. — Я вовсе не хочу, чтобы меня разрубили на части, как Марчмаунта! — Неужели не хотите? — саркастически усмехнулся Барак. — Кто бы мог подумать!
— Билкнэп, — спокойно произнес я. — Мне необходимо увидеться с сэром Ричардом Ричем. Я должен показать ему этот список и узнать, каких дел лишился благодаря его проискам. Это для меня чрезвычайно важно. Вы знаете, где сейчас Рич?
— В полдень он намеревался быть в соборе Святого Павла. Насколько мне известно, он хотел послушать проповедь архиепископа Кранмера. На этой неделе архиепископ читает проповеди каждый день, ведь епископ Сэмпсон попал в Тауэр. Думаю, в соборе будет добрая половина королевского совета.
— Превосходно. Барак, мы отправляемся в собор. Рич непременно должен дать мне ответ по поводу этого списка.
Я повернулся к Билкнэпу:
— Благодарю за сообщение. Что касается нависшей над вами угрозы… Думаю, ваши опасения небезосновательны. Так что ближайшие несколько дней вам лучше провести, запершись на замок в своем кабинете. Вместе с сундуком, где вы храните золото.
— Но… я… у меня много срочных дел.
Я равнодушно пожал плечами. Билкнэп прикусил губу, резко повернулся и вышел, хлопнув за собой дверью. Подойдя к окну, я увидел, как он пересекает внутренний двор, беспокойно озираясь по сторонам.
— Я не думаю, что его тоже попытаются убрать, — заметил я, обернувшись к Бараку. — По-моему, он ничего не знает. Как и леди Онор.
— Значит, вы считаете, на сей раз этот шельмец говорил правду? И он действительно не имеет отношения к греческому огню?
— Судя по всему, он не лгал. Однако он здорово перепугался за свою шкуру, если решил просить у нас защиты. Но, повторяю, я уверен, что участь Марчмаунта ему не угрожает. Идемте, Барак. Мы должны увидеться с Ричем и узнать, каким образом он связан со складом «Пеликан».
— А если он заявит, что впервые слышит об этом складе?
— Тогда мы отправимся туда и посмотрим, что там хранится. Может, найдем что-нибудь любопытное.
— А может, застанем там Токи и Райта, — ухмыльнулся Барак. — Сделаем нашим старым друзьям приятный сюрприз.
Когда мы миновали Флит-стрит и въехали в Сити, я посмотрел на небо и заметил, что весь восточный его край затянут тучами.
— Верно, небеса вновь хотят нас подразнить коротким дождичком, таким, как несколько дней назад, — сказал Барак.
«Да, дождь прошел как раз в тот вечер, когда леди Онор устраивала званый обед», — вспомнил я.
Вернувшись домой за лошадьми, я обнаружил коротенькую записку от леди Онор.
«Благодарю вас за то, что вы так тревожитесь обо мне, — говорилось в записке. — Я последую вашему совету и буду особенно бдительна».
Прочтя эти строки, я улыбнулся и спрятал записку в карман.
Мы ехали по Уорвик-стрит, направляясь к величественному норманнскому собору, который виднелся впереди. На плоской крыше, увенчанной гигантским остроконечным шпилем, двигались крохотные человеческие фигурки. Я знал, что жители Лондона частенько поднимаются на крышу собора, дабы насладиться прекрасным видом. В жаркие летние дни желающих совершить подобное восхождение особенно много. Как и на берегу реки, на крыше ощутимо легкое дуновение ветерка, к тому же удушливые миазмы города не достигают подобной высоты.
— Надеюсь, нам удастся вытянуть из Рича какие-нибудь важные сведения, — произнес Барак. — Осталось всего два дня, а враги графа не теряют времени даром.
