— Ладно, я вижу, вдохновлять никого не надо. Вот и отлично! — я широко улыбнулся. — Тогда погнали! Приключение на двадцать минут, зайти и выйти!
На мгновение повисла тишина, а потом по рядам инферн прокатилась волна смеха, которую подхватили и гвардейцы.
— Командир, — крикнула Тесса из первых рядов, — а если задержимся? Там столовая найдётся?
— Нам патриарх с собой целый грузовик домашних пирожков приготовил! — отозвался я. — А сейчас приготовиться к развёртыванию!
Ратмир умчался в рубку Ярика, инферны надели шлемы. Я убрал их и Стража обратно в криптор для быстрой переброски, Ри тоже — она большая. Шейру и Мальфира развоплотил.
Дед с Яной меж тем переключили ацтекский артефакт, и чёрное окно разлома исчезло.
— Готов? — спросил дед, держа в руках ключ Могрима.
— Давай, — кивнул я.
Дед вставил ключ в углубление и повернул верх плиты.
Пространство перед нами замерцало, превращаясь в мутный, дрожащий портал.
Фуф, сработало!
— За мной, — бросил я и первым шагнул в неизвестность.
Моя команда, Голицын и его «Заслон» двинулись следом.
Последнее, что я увидел, прежде чем нас поглотила тьма портала — это тревожное лицо деда и Яны, и Фирсов, который молча смотрел нам вслед, скрестив руки на груди.
ㅤ
Шаг из портала был похож на погружение в вакуум.
Первое, что ударило в лёгкие — даже не запах, а его полное, абсолютное отсутствие. Ни гнили, ни разложения, ни пыли. Просто пустота. Как будто из воздуха выкачали всё, что делало его живым, оставив лишь безвкусную, стерильную оболочку. Я инстинктивно сделал ещё один вдох, но ничего не изменилось.
Даже в самых мёртвых разломах, пропитанных скверной, что-то было. Здесь — ничего. Абсолютный ноль.
Над головой висело тусклое, безжизненное солнце, похожее на мутный зрачок больного бога. Его света едва хватало, чтобы разогнать тени в руинах некогда величественного гномьего города. Небо цвета старого пепла нависало низким, свинцовым куполом, и в этом сером безмолвии не было места ничему, кроме отчаяния.
Под ногами хрустел прах. Мельчайшая серая пыль, похожая на хлопья, покрывала всё вокруг — оплавленные камни, остатки стен, искорёженные металлические конструкции. Она поднималась ленивыми облачками при каждом шаге, и в её тихом, сухом шелесте мне слышались миллионы беззвучных шёпотов — отголоски душ, так и не нашедших покоя.
Следом за мной из портала начали выходить остальные. Голицын, его «Заслон», моя команда. Все замерли, ошеломлённые.
Аня беззвучно прижала руку ко рту, её глаза расширились от ужаса.
— Здесь даже воздух мёртвый, — тихо сказала Ариэль.
Лекса вышла последней и заметно напряглась, оглядываясь.
— Артём, — тихо сказала она, — здесь нет ничего живого. Совсем ничего. Это… это пустота в самой ткани мироздания.
— Зато неживого хватает, — заметил я. — Присмотрись и принюхайся.
Прах был пропитан энергией, но из-за её чуждости и того, что прах был повсюду, это не особо бросалось в глаза. Вот только холмики выделявшиеся тут и там…
— Что это за место? — голос Голицына прозвучал глухо в шлемофоне.
Но я смотрел не на него. Я смотрел на Могрима.
Гном стоял абсолютно неподвижно, опустив свою огромную секиру. Он не смотрел по сторонам, не изучал руины. Его взгляд был прикован к центральной площади, к руинам того, что когда-то было, наверное, дворцом. По его суровому, каменному лицу, медленно катилась одна-единственная слеза, оставляя за собой тёмную, влажную дорожку.
Он явно узнал это место.
— Это… — ответил он императору дрогнувшим голосом, — это мой мир. Это прах моего народа.
Я жестом приказал паре канцелярских егерей остаться у портала. Связь с базой в разломе нужно было держать любой ценой.
Пора разворачивать армию.
Я достал из криптора Ярика-Стража. Пятнадцатиметровый колосс материализовался с металлическим лязгом, его тяжёлые стальные стопы с глухим стуком врезались в слой праха, поднимая серые облака пыли. Сервоприводы заработали с характерным гулом, бронированные ноги заскрипели, подстраиваясь под рельеф.
Следом, хлопок за хлопком, на сером пепле начали появляться инферны. Они выстроились в чёткие боевые порядки.
Лекса подошла к строю. Закрыла глаза, подняла руки — и я почувствовал, как между ней и каждым воином протянулись невидимые серебряные нити-каналы энергии. Благословение легло на армию без всяких спецэффектов, но, уверен, почти все здесь ощутили его влияние.
— Готово, — коротко сказала Лекса и направилась к лестнице, ведущей в рубку Ярика.
Через несколько секунд в наушнике зазвучал голос Ратмира:
— Князь, тактическая сеть активна. Все подразделения на связи.
И в этот момент прах зашевелился.
Это началось медленно, почти незаметно. Лёгкая рябь пробежала по серой поверхности, будто от невидимого ветра.
— Движение по периметру, — напряжённо доложил один из бойцов «Заслона».
— Вижу, — кивнул я.
Потом вихри стали плотнее, закручиваясь, обретая форму. Из-под земли, из пыли, которая и была здесь землёй, стряхивая с себя забвение, начали подниматься фигуры.
Сотни только здесь, на площади.
— Круговая оборона! — скомандовал я в общий канал.
