Молчаливая, неумолимая армия. Скелеты гномов. Их пустые глазницы вспыхнули холодным фиолетовым огнём. Они действовали без тактики, без командиров, как безмозглые автоматы, реагируя на единственное раздражение в этом мёртвом мире — на нас. На жизнь.
Да уж, это будет нелегко. Армия мёртвых не знает усталости, не чувствует боли, не ведает страха.
Голицын и его «Заслон» напряжённо ждали приказа, полностью доверяя моему командованию. Император был собран, но спокоен.
Я же подошёл к Могриму. Он всё так же стоял, оцепенев, глядя на то, как его мёртвые собратья поднимаются из праха. Я положил руку ему на плечо.
— Могрим, — сказал я тихо, не отводя взгляда от приближающихся мертвецов. — Это твои братья, обращённые в рабство. Эти тела — рабская клетка для их душ. Мы упокоим их окончательно, их души освободятся и смогут вернуться в круг перерождений.
Гном медленно поднял голову. Слёзы на его лице высохли, а в глазах зажёгся яростный огонь. Он посмотрел на руины — и его пальцы сжали рукоять секиры так, что побелели костяшки.
Я почувствовал мощнейший всплеск силы, исходящий от него. Земля под его ногами треснула от переполняющей его энергии. Благословение Лексы, умноженное на его ярость, превратило Могрима в нечто совершенно новое.
— ЗА МОЙ НАРОД! — зарычал он, срываясь с места.
Этот рёв, полный боли, скорби и всепоглощающей ярости, прокатился по мёртвому миру, отразившись эхом от руин.
ㅤ
И завертелось.
Лавина. Безмозглая, но плотная костяная лавина обрушилась на нас.
— Ратмир, распредели по площади! — бросил я в канал штаба.
— Принято! Заслон и отряд Чернова — второй квадрат… — тут же отозвался начштаба из рубки Стража.
Не дожидаясь окончания распределения, я призвал Шейру, Весту и Мальфира с Лавой. Пантер я сразу подключил к Лиане, она с ними ещё в Арапахо общий язык нашла.
— Ратмир, — позвал я. — Лиана отвечает за взаимодействие с кошками. Драконы на мне!
Энергетический канал между Лексой и Могримом вспыхнул в астрале, и по нему хлынул поток чистой силы. Гном, уже врезавшийся в первые ряды нежити, буквально взорвался мощью.
«Лава, наверх! — скомандовал я своей виверне. — Мальфир, давай поджарим самых прытких!»
«С удовольствием!» — прорычал дракон, расправляя крылья.
С высоты, с шеи Мальфира, открывалась завораживающая и жуткая картина. Руины города шевелились. Куда ни кинь взгляд серебристо-белая рябь костей вставала их праха и ползла к площади. «Реки» нежити текли по бывшим проспектам, «озёра» скапливались на перекрёстках. Враг был повсюду, лез из-под каждой арки, вываливался из окон, полз по грудам мусора. Город выплёвывал кости.
Но наша позиция оказалась на удивление выигрышной. Площадь оказалась достаточно большой, чтобы мы смогли на ней развернуться в полную силу, а примыкающие улицы — достаточно узкими, чтобы нежить не могла накинуться на нас всем скопом.
Так что если они думают, что заперли нас со скелетами, то хрен им по лбу. Это их заперли с нами.
В центре этого ада царил даже не Ярик — Могрим. Он был аватаром мести. Его секира двигалась с нечеловеческой скоростью, не просто разрубая, а дробя костяные тела в пыль. Каждый взмах превращал десятки скелетов с ржавыми секирами и молотами в облако костяной крошки. Он не защищался — он шёл вперёд, прорубая просеку в бесконечной армии мертвецов.
Император Голицын и его «Заслон» действовали как слаженный огнемётный комплекс. Они создавали стены огня, выжигая целые улицы. А будто этого мало, Голицын плавил сам камень мостовой, превращая улочки в реки раскалённой лавы, которая поглощала целые отряды нежити, оставляя за собой блестящие пятна чёрного стекла.
— Командир, к руинам в седьмом квадрате подходит отряд бронированных скелетов! — доложил Ратмир.
— Задержите, я их сверху угощу! — скомандовал я. — Мальфир, ныряем!
Дракон сложил крылья, и мы камнем рухнули с неба. Бронированные скелеты — возможно, бывшие королевские гвардейцы — размахивали двуручными мечами. Мальфир, пройдя над ними на бреющем полёте, выжег драконьим огнём целую просеку. Скелеты рассыпались, превращаясь в обгорелую пыль.
— Голицына сюда, — передал я Ратмиру, — Ариэль пусть перебросит. Тесса на подборе
Пять секунд, и Ариэль, прихватив императора, телепортировалась через всю площадь прямо ко мне. Я жестом указал на потом бронепехоты и Голицын понял. Когда мы с Мальфиром заходили на второй заход, тяжёлые скелеты уже вязли в ставшем вдруг жидким камене. А тех, кто прорывался, встречал взвод Тессы. Их мечи с магопроводностью взрывали скелетов изнутри, не оставляя им никаких шансов.
Но в основном инферны сражались не на площади — они использовали руины. Хлопок телепортации — и пятёрка инферн появляется на крыше полуразрушенного здания, обрушивая на головы нежити огненный шторм. Ещё хлопок — и они уже внизу, в тылу очередной волны, их мечи прошивают позвоночные столбы скелетов, магия огня сквозь магопроводящие клинки превращает черепа и кости в мелкое крошево.
— Командир, у нас четвёрка попала в окружение! — сообщил Сергеев по рации.
— Ариэль, Нага! — я переключился на канал своего отряда. — Выручайте хлопцев, где-то во втором квадрате.
