— Простите, Ваше Величество, — командир начал что-то подозревать, — а кто полетит? Не Чернов ли?
— Он самый, — хохотнул император. — На этот раз один.
— Есть готовить фуражку… — сник командир. — Разрешите выполнять?
— Действуй, — Голицын отключился, и только после этого в голос расхохотался. — Ну что, кажется, твоя репутация начала тебя опережать.
— Папа, а почему Артём один полетит? — насупилась Аня. — Ты нам запретишь участвовать?
— Нет, не запрещу, — глубоко вздохнул император. — Но ведь везти вас всех самолётом необязательно, не так ли? Как вы добрались до Коломны? И почему не используете тот же способ сейчас? Расстояние-то сравнимое!
Подловил! Вот ведь!
— Ваше Величество, — начал я, нацепив на лицо максимально торжественную маску, — об этом вам должен рассказывать не я, а глава рода Черновых. Это исключительно его заслуга. Поэтому прошу пока оставить этот маленький секрет моему роду. В спокойной обстановке мы обязательно проведём демонстрацию.
— Но они уже в курсе, так? — прищурился император, кивнув в сторону своих детей.
— В курсе, — признал я. — И ещё, Ваше Величество, разрешите обратиться к вам с просьбой…
— Надеюсь, речь не об ещё одной армии беженцев? — прищурился он.
— Всего о четверых, — развёл я руками. — Человеческая девушка, дриада, гном и драконица. Под мою личную ответственность.
Император присел на край стола. Император посмотрел на всех на нас пятерых по очереди. Император почесал в затылке и загнул на правой руке все пальцы кроме одного.
— Нет, ну всего четверо, это не четыреста сорок, — договорился он сам с собой. — Где вы их взяли-то? Хоть не у китайцев?
— Они из другого мира, отец, — ответил Володя. — И драконица очень тяжело ранена. Они все не в лучшей форме, но она особенно.
Голицын взглянул на часы.
— Сейчас штаб, — напомнил он, — потом я Фирсова отправлю со всеми бумагами в Коломну. Драконица разумна? Как у них вообще с языками?
— Все говорят по-русски свободно, включая драконицу, — заверил я. — Дар одной богини.
— Слушай, Чернов, — император подался вперёд, глаза у него вдруг загорелись, будто под светом софитов. — Сперва инферны, теперь вот дриада, гном, говорящая по-русски драконица и богиня до кучи! И это я молчу про уничтожение целой армии японцев! По-моему, я как-то скучно живу! Может, ну его нахрен? Возьмите меня с собой, во все эти вот… похождения, а?
— Вам нельзя в похождения, Ваше Величество, — серьёзно покачал я головой. — Что скажет Её Величество?
— Нда… — Голицын как-то вдруг сник, ещё раз глянул на часы. — Всё, идите! У меня штаб.
— Ваше Величество… — я обозначил полупоклон и вышел из кабинета.
Следом за мной вышли остальные.
— И к матери загляните! — крикнул вдогонку император своим детям.
— Ага, конечно, — прикрыв дверь отцовского кабинета, тихонько пробормотала Аня, — зайдёшь воды попить, а тебя домой загонят и не выпустят.
— Не, Ань, неделю не виделись, надо заглянуть, — Володя что-то прикинул. — У нас командир есть, и операция санкционирована отцом. Не загонит.
А я с таким умилением наблюдал за ними! Два подростка, которые хотят подольше погулять, честное слово!
— Идём к машине, — хмыкнул я. — Надо ваши доспехи выгрузить и дракошу. Пока я добираюсь до Арапахо, вам надо будет привести новеньких в порядок.
— Отвести их в ротонду? — сразу догадалась Ариэль.
— Да, — кивнул я уже на ходу. — Лекса должна уметь работать с энергоканалами, Нага и половина инферн — целительницы, а в ротонде концентрация энергии выше, чем в радужном разломе. Оружие дед подберёт. А хотя оно только гному и нужно, остальные новенькие сами себе оружие.
ㅤ
Всё же транспортировать драконицу в моей машине мы не стали. Она там в кузове, может, и поместилась бы, но к чему издеваться над ней. И так не в лучшем состоянии. Вместо этого Володя поговорил с начальником гаража, и тот быстро нашёл подходящую машину. Нечто среднее между автобусом и грузовичком, предназначалась для перемещения отрядов спецназа. В просторном кузове вдоль бортов имелись откидные сиденья, которые легко складывались, освобождая достаточно места. При этом задний борт можно было открыть полностью.
В отдельном боксе, чтобы не смущать честной народ, я вынул золотую драконицу из криптора. Та среагировала мгновенно — прижалась к полу, напружинилась, даже зашипела. Ни дать ни взять — большая кошка.
— Спокойно, девочка, спокойно, — я вложил в голос толику дара убеждения. — Все свои. Понимаешь меня?
Тело драконицы чуть расслабилось, она даже голову приподняла, так, что наши глаза оказались на одном уровне.
— Дааа… — она попробовала ответить, и у неё получилось. — Этооо дааар той богииини?
Звуки у неё получались почти чисто, но человеческая речь всё же давалась с трудом, и она тянула гласные на манер драконьего языка. А голос оказался очень низкий, мягкий, но проскакивали в нём такие рокочущие нотки, что вибрация пробирала до костей и зубы сами собой постукивали. Не при Лаве будь сказано, но дракон — это всё же дракон. Чувствуется мощь.
— Той, той, — кивнул я. — Тебя как зовут, красавица? Так ведь и не познакомились.
— Ариксарис, — своё имя она произнесла без искажений.
