Темный оттенок магии полностью

– Ри, – Келл судорожно всхлипнул. Упав на колени над братом, он достал кинжал и глубоко разрезал руку. – Держись, Ри, – он прижал ладонь к груди принца – та странно, рывками вздымалась и опускалась – и сказал:

– Ас Хасари.

«Лечи».

Ри кашлял кровью.

Со двора внизу доносились встревоженные крики, какие-то приказы. В коридоре слышались шаги, кто-то уже колотил в двери комнаты. Келл только теперь заметил на них запирающие заклятия.

– Бежим! – выдохнула Лайла.

– Ас Хасари, – повторил Келл, сдавив рану. Крови было очень много. Слишком много.

– Прости, – выговорил Ри.

– Помолчи, – сказал Келл.

– Келл! – властно крикнула Лайла.

– Я не оставлю его!

– Так возьми его с собой.

Келл моргнул от неожиданности.

– Ты говорил, что магия действует не сразу. Мы не можем ждать. Бери его с собой, если хочешь, но нам нужно бежать, сейчас же!

Келл сглотнул.

– Прости, – шепнул он, после чего через силу встал и рывком поставил Ри на ноги. Принц охнул от боли. – Прости.

Выйти через дверь они не могли. Не могли выставить раненого принца перед целой толпой людей, отмечающих его день рождения, особенно когда среди них была Астрид. Но комнаты Ри и Келла соединялись коридором, которым братья пользовались с детства, и теперь Келл не то протащил, не то пронес принца через потайную дверь в этот узкий коридор, стены которого были покрыты самыми разными надписями и цифрами, обозначавшими подсчет очков в играх и состязаниях, которые давно забылись. Они будто шли по дороге по своему странному, безопасному детству.

И оставляли на ней кровавый след.

– Не отключайся, – сказал Келл. – Ри, слушай мой голос.

– Такой красивый голос, – тихо обронил Ри, и его голова свесилась на грудь.

– Ри.

Келл услышал, как люди в доспехах ворвались в спальню принца, как раз когда они добрались до его собственной комнаты. Он затворил дверь в коридор, приложил к ней окровавленную руку и сказал:

– Ас Старо.

«Запри».

И тотчас тяжелые железные планки пересекли дверь вдоль и поперек, запечатав ее.

– Мы не можем вечно перебегать из одной спальни в другую, – лихорадочно проговорила Лайла. – Нужно выбираться из дворца.

Келл знал об этом – знал, что надо убегать. Он повел их в свою библиотеку, примыкавшую к спальне, – ту самую, с кровавыми метками на обратной стороне двери, с помощью которых можно было быстро переместиться в разные места Красного Лондона. Та, что вела к «Рубиновым полям», стала бесполезной, но другие могли сработать. Келл перебрал все варианты, пока не нашел тот единственный, который считал безопасным.

– Получится? – спросила Лайла.

Келл не был уверен. Двери внутри миров труднее создать, но легче использовать: открыть их может только антари, но пройти сквозь них – чисто гипотетически – могут и другие. Келл уже провел Ри один раз через такой портал – в тот день, когда нашел его на корабле, но тогда их было двое, а теперь трое.

– Не отпускай меня, – приказал Келл. Он освежил метку своей кровью и покрепче обнял Ри и Лайлу, надеясь, что дверь – и магия – окажутся достаточно сильными и они все вместе попадут в святилище.

Святилище располагалось на окраине города, в излучине реки. Это каменное сооружение отличалось простым изяществом храма и благоговейной атмосферой. Сюда приходили изучать магию и поклоняться ей. Ученые и мастера всю жизнь стремились постичь сущность силы, ее первоисточник и установить с ней связь – понять стихию магии, которая пребывает во всем и не принадлежит никому.

Ребенком Келл проводил в святилище не меньше времени, чем во дворце. Здесь его учил и в то же время изучал мастер Тирен. Потом антари только навещал своего наставника, с тех пор как Ри начал закатывать истерику каждый раз, когда Келл отлучался надолго, и стал требовать, чтобы того считали полноправным членом королевской семьи. Однако Тирен сохранил келью Келла нетронутой. Поэтому на внутренней стороне двери в его библиотеке во дворце и оставался очерченный кровью круг с вписанным в него косым крестом.

Символ святилища.

И вот теперь они с Лайлой, поддерживая окровавленного Ри, перенеслись из великолепного дворца, погруженного в хаос, в простую каменную келью.

На гладких стенах мерцали отблески свечей, а сама комната была тесной и скудно обставленной, но с высоким потолком. В святилище не одобрялось все, что отвлекает внимание, и в кельях было только самое необходимое. Хотя Келл считался авен, «блаженным», Тирен обходился с ним как с обычным учеником, за что Келл был ему очень благодарен. Его комната ничем не отличалась от остальных: деревянный стол у стены, низкая койка у другой, а рядом тумбочка, где всегда горела неугасимая свеча. В комнате не было окон, одна дверь, а воздух был прохладным, как в подземельях и склепах.

На каменном полу был выбит круг, а по его краю начертаны символы, – магический круг для медитаций. Келл и Лайла оттащили Ри к койке, оставив на полу поперек магического круга кровавый след, и как можно бережнее уложили.